ок
ЛогинЗабыли пароль?Пароль

Зарегистрироваться

Новости

Форум парижской Гурджиевской группы  
 
 
© Gurdjieff Club 2011
design by maxx3

Г. И. ГУРДЖИЕВ ВЕСТНИК ГРЯДУЩЕГО ДОБРА

Это полная версия книги, благодаря переводу Эдуарда Ермакова и редакторам Гурджиевского клуба. Теперь книга включает многочисленные фрагменты, которые не входили в ранее опубликованные версии.

 

 

Г. Гурджиев

 

ВЕСТНИК ГРЯДУЩЕГО ДОБРА

 

ПЕРВОЕ ОБРАЩЕНИЕ К СОВРЕМЕННОМУ ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ

 

ПАРИЖ

 

1933 г.

 

Вопреки установившемуся обычаю, я не только разрешаю перепечатывать эту первую свою книгу, равно как и другие книги первой серии, в любой стране, но, если необходимо, согласен субсидировать эту перепечатку, при условии, конечно, сохранения абсолютной точности.

 

Г.И. Гурджиев

 

* * *

 

Вдохновляемый глубоким убеждением, происходящим из долгой последовательности экспериментальных разъяснений и умозаключений, ведущих  к выводу, что если человек желает, искренне и серьезно,  а не движимый обычным любопытством, приобрести знание пути, ведущего к Реальному Бытию, и если он выполняет ради этой задачи все, что от него требуется и действительно начинает, с самого первого шага, среди других косвенно способствующих этому вещей, помогать достижению всего этого другими людьми, он, в силу самого этого действия, начинает действительно формировать почву для реальных оснований проявления объективного и актуального Добра;

 

и воодушевленный общим стремлением придти, наконец,  посредством литературных аргументов и публичных представлений,  связанных с ближайшим будущим моих экспериментальных разъяснений, к внедрению в сознание моих современников некоторых «психоинициативных» факторов, по мнению моему и любых людей, хоть немного способных к беспристрастному размышлению, неизбежно приводящему к действиям в качестве руководящих принципов в сознании всех созданий, склонных именовать себя «Богоподобными», а именно таких «инициативных» факторов, которые непременно заставляют людей действовать (как инстинктивно, так и после рассуждения) ясно  осуществлять свою моральную обязанность помогать своему ближнему – я решил ныне действовать самим фактом продажи и распространения содержания этого первого моего сочинения, предназначенного возглавить список моих публикаций и руководимый  первоначально возложенной мною на себя задачи, инициировать в человеческом сознании формирование вышеупомянутого и важного для общественной жизни людей «психического» фактора.

 

В связи с тем, что я имел намерение, во-первых, позволить множеству созданий Нашего Общего Отца, что подобны вам, но чьи средства по той или иной причине ограничены, возможность приобретения этой первой моей брошюры бесплатно; и в связи с тем, что я составил определенный план относительно новых публикаций моих сочинений, я решил не устанавливать никакой определенной цены на эту брошюру, оставляя на свободное усмотрение покупателей заплатить за нее от 8 до 108 французских франков.

 

В то же самое время я, не входя в обычные современные рассуждения о жизни, решил непременно просить всех, кто купил эту мою первую брошюру, ответить на три вопроса, которые предоставит им продавец, а также позволить ему заполнить нижеследующие параграфы Регистрационного Бланка (прилагается).

 

Автор

 

Регистрационный бланк

 

Прилагаемый к

 

ВЕСТНИКУ ГРЯДУЩЕГО ДОБРА №00001

 

1. Имя покупателя

 

2. Адрес

 

3. Приобретено случайно или по рекомендации

 

4. Кто рекомендовал? Дайте имя и адрес

 

5. Уплаченная сумма. Подпись продавца

 

МОЙ ПЕРВЫЙ ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ.

 

Я советую всем читателям, которые когда - либо встречались со мной на почве моих идей, отложить чтение этого первого обращения до тех пор, пока они, сконцентрировавшись на своей природе, а также – на своих чувствах и ощущениях, не ухватят суть содержания прилагаемого к данной брошюре циркулярного письма, одновременно ознакомившись с «Регистрационным Бланком», который будет иметь практическое значение при приобретении книг первой серии сочинений.

 

Г.Гурджиев

 

Вторник, 1З сентября 1932 года. Кафе Мира, Париж.

 

Весьма оригинальное, а для меня и тревожно странное совпадение нескольких очень разных факторов, возникших из моей деятельности и касающихся сегодняшнего дня не только вынуждает, но и вдохновляет меня отметить этот день так: перестать ждать более удобного времени и начать именно в этот день изложение первого из семи призывов, которые, среди прочих, я решил адресовать, в период своей деятельности как писателя, современному человечеству.

 

Начну с объяснения особого характера этого странного совпадения.

 

Прежде всего, излагая, как я делал это ночью и днём на протяжении почти десяти лет, всякого рода фрагменты из общей массы информации, которую я намерен опубликовать, я, так уж случилось, только сегодня закончил предварительную компиляцию материала, предназначенного для этой цели.

 

Во-вторых, занятый на протяжении последних трёх лет завершением, параллельно с этим, первой серии писаний, предназначенных возглавить список моих публикаций, я закончил её именно в этот день.

 

В-третьих, и в заключение, - сегодняшний день есть последний день срока, который я назначил себе двадцать один год назад — срока, в течение которого, согласно особой клятве, данной мною, я обещал своей совести вести в известной степени искусственную жизнь, оформленную по программе, которая была спланирована в соответствии с определёнными принципами.

 

Перед тем как решиться раскрыть суть моего первого призыва к современному человечеству, я считаю своим долгом изложить - хотя бы приблизительно — мотивы, которые заставили меня взвалить на себя всю тяжесть такой искусственной жизни.

 

Эта длительная и для меня совершенно неестественная жизнь, абсолютно несовместимая со всеми теми чертами, которые укрепились в моей индивидуальности ко времени зрелости, проистекали из моего решения, основанного на результатах изучения целого ряда исторических прецедентов, с целью, прежде всего, предотвращения, благодаря неестественным до некоторой степени внешним проявлениям себя, формирования по отношению ко мне того, уже известного с древних времён чего-то, именуемого великим Соломоном, царём Иудеи, Цварнохарно, что, как было показано нашими предками, образуется путём естественного процесса в общественной жизни в результате объединения дурных поступков так называемых «простых людей» и ведёт к уничтожению как того, кто пытается достичь чего-либо для общего человеческого блага, так и всего, что он уже осуществил для этой цели. Во-вторых, чтобы противодействовать проявлению в людях, с которыми я входил в общение, той черты, которая, будучи воплощена, как она есть, в психике людей и, препятствуя осуществлению моих целей, вызывает у них, когда она сопоставляется с другими более или менее выдающимися людьми, функционирование чувства порабощённости, раз и навсегда парализующего их способность к проявлению личной инициативы, в которой я тогда особенно нуждался.

 

Моя цель была сосредоточена в то время на создании условий, позволяющих дать исчерпывающее разъяснение одной сложной и с трудом объяснимой стороны вопроса, который, уже задолго до начала моей искусственной жизни, присутствовал в моем существе, и необходимость окончательного решения которого, будь то волею Судьбы или благодаря непостижимым законам наследственности, стала, и в тот момент казалась, основной целью всей моей жизни и силой, побуждающей мою деятельность.

 

Я нахожу себя обязанным — в этом, так сказать, окончательном заявлении, которое должно будет служить, среди прочего, программой новой фазы моей деятельности во благо моих ближних, — дать краткий обзор истории возникновения и развития тех событий и причин, которые были ответственны за формирование в моей индивидуальности неутолимого стремления решить этот вопрос, который, в конце концов, стал для меня тем, что современные психологи называют непреодолимой манией.

 

Эта мания начала наслаиваться на моё существо во времена юности, в период достижения ответственного возраста, и заключалась в том, что мне хотелось бы теперь назвать «неудержимым стремлением» понять точный смысл жизненного процесса всех внешних форм дышащих созданий на земле и, особенно, цель человеческой жизни в свете этого истолкования.

 

Хотя множество специфических факторов, обусловленных моим воспитанием и образованием, послужили главной причиной для формирования в моём существе основы, давшей начало необычному для современного человека стремлению, однако, как я понял позднее, по размышлении над данным вопросом, главная причина должна быть приписана, в конечном счёте, тем совершенно случайным обстоятельствам моей жизни, которые точно совпали с вышеупомянутым переходом от подготовительного к ответственному возрасту, и которые вполне могут быть сведены к тому, что все мои контакты в то время были почти исключительно с такими лицами моего возраста или старше меня, которые в процессе существования либо сформировали себя сами, либо уже были сформированы в тот, в последнее время участившийся «психический тип» людей, формирование которого, как я сам статистически установил во время существования моей базы — Института гармонического развития человека, — обусловлено тем, что будущие представители этого «типа» никогда, ни с целью реального понимания действительности, ни в период подготовительного возраста, ни, опять-таки, в период ответственной жизни, абсолютно никогда, несмотря на явную необходимость такого шага, не открывали себя опыту, но довольствовались фантазиями других людей, сформировавшими в них иллюзорные понятия, и, в то же самое время, ограничивали себя общением с людьми, подобными им самим, и автоматизировали себя до степени вступления в авторитетные дискуссии на всякого рода кажущиеся научными, но большей частью абстрактные темы.

 

Хотя в этот период своей жизни я был похож на них в своих внешних проявлениях, так как, как и они, являлся продуктом тех же ненормальных условий окружения, однако, благодаря тому, что по своей натуре с детских лет обладал, через обдуманное внушение моего отца и моего первого наставника, определёнными данными, позволившими развить в моей индивидуальности, ко времени моего ответственного возраста, в числе нескольких других оригинальных и врождённых черт, эту особую черту неизбежного импульса и стремления понять самую суть любого предмета, который привлекал моё внимание, в результате чего в моих мыслях, постепенно и даже незаметно для моего бодрствующего сознания, начало формироваться «нечто», что стало ясным вскоре после сильного духовного горя, причинённого мне смертью близкого друга, и эта заново сформированная характеристика моего ума начала с тех пор, при контакте с продуктом частого повторения некоторых автоматических ассоциаций, порождать в моей целокупности то, что я в другом месте назвал «неугасимым стремлением».

 

Сначала проявление этого странного «психического фактора» влияло только на мою умственную деятельность, но не изменяло меня в целом, то есть влияния этого проявления не мешали привычному функционированию ни моего физического организма с его психо-нервной системой, ни моего духа, и я мог, даже в периоды резко выраженного сопротивления влиянию этого проявления, путём усилия воли или искусственного стимулирования мысленных и эмоциональных ассоциаций, так контролировать их, чтобы предотвращать «питание» этого проявления и тем самым приостанавливать формирование в моей целокупности таких нежелательных импульсов. Немного позднее, при появлении в моих мыслях этого «нечто» и как явный результат частых встреч и обсуждения этой «навязчивой идеи» с многочисленными людьми, о которых я сформировал в своём пока не «субъективизированном» сознании и благодаря широко распространённым мнениям некоторых больших авторитетов в так называемых «мудрёных» вопросах некоторые точные впечатления, автоматически влиявшие на мою общую психику, и так как в ходе дискуссии с этими авторитетами, как я представляю себе это в настоящее время, у меня возродилось чувство полной серьёзности и глубины этих вопросов, последствия и реальный «смысл» проявлений, свойственных этому необычайному стремлению, всё более заставляли ощущать себя во всех частях, чья совокупность совпадала с моим Бытием, а по временам даже влиять на их общее функционирование, то есть, короче говоря, проникать «до-мозга-моих-костей».

 

Степень слияния с моим Бытием и доминирующее влияние на мою психику этого своеобразного фактора были таковы, что спустя четыре или пять лет я почувствовал себя полностью в его власти, и с тех пор он, подобно «назойливому зуду», постоянно вынуждал всего меня или отдельные части моей индивидуальности любой ценой выяснить всё для познания того, что может послужить окончательному решению этих кардинальных для меня вопросов.

 

Оказавшись в своей внутренней жизни в полном смысле этого слова рабом такой «цели», очевидно занесённой в мою целокупность Волею Судьбы, с этого времени впредь, сперва вынуждаемый только ею, а вскоре стимулируемый и моим собственным сознанием, я жил поглощённым этими исследованиями до 1892 года.

 

Это вышеупомянутое стимулирование себя посредством своего сознания возникло в результате переживания во всём моём Бытии особого чувства, смеси «самодовольства» и «гордости», которое возникало каждый раз, когда я имел случайные или полупредвиденные подтверждения в ходе моих исследований всё новых и новых фактов о жизни людей, фактов, о существовании которых я не находил намёка ни в повседнёвной жизни, ни в своих чтениях, хотя я прочёл почти всё, что нашёл на эту тему в современной литературе, равно как и весь материал из прошлого, дошедший до наших дней, — литературу, доступную мне благодаря совершенно случайным обстоятельствам моей жизни в количестве, значительно превосходящем возможности простого человека.

 

До этого года мне не удалось узнать что—либо или от кого-либо, что могло бы логически и гармонично бросить свет хотя бы на одну сторону этого вопроса, несмотря на то, что, во-первых, тревожный фактор, автоматически напоминавший мне о цели, которую я поставил себе, был стойко активным в моём Бытии почти в любом моём психическом состоянии; во-вторых, Великая Природа благосклонно снабдила всю мою семью и меня, в частности, — и это не только моё мнение, но и мнение большинства людей, с которыми я общался, — наивысшей степенью понимания, доступной человеку; в-третьих, я с детства имел, среди прочих способностей, одну особенно развитую — способность выпытывать у людей их самые священные цели и намерения; и в-четвёртых, я имел, в соответствии с особыми условиями моей жизни, возможность доступа в так называемые «святая святых» почти всех герметических организаций, таких как религиозные, философские, оккультные, политические и мистические общёства, конгрегации, партии, объединения и т. д., которые недоступны обычному человеку, и обсуждения и обмена взглядами с многочисленными людьми, которые, по сравнению с другими, являются истинными авторитетами.

 

Хотя я до этого периода не достиг успеха в объяснении чего-либо, я не терял надежды, что где-нибудь и когда-нибудь встречу, наконец, людей, способных объяснить мне или, по крайней мере, направить моё душевное состояние на соответствующие мысли и соображения, которые помогут мне ясно и удовлетворительно решить этот роковой для меня вопрос.

 

Живя таким образом до этого года, то есть поглощая все внешние впечатления и внутренне переживая их почти исключительно в связи с этой моей манией, а внешне занимаясь всякого рода профессиями и ремёслами с целью, с одной стороны, получения средств к жизни, а с другой — овладения, согласно способности’, присущей мне с детства, всевозможного рода человеческой сноровкой, до сих пор неизвестной мне, но, главным образом, с целью приспособиться более или менее соответствующим образом к своеобразным условиям момента, условиям, которые я часто менял, чтобы осуществить эту свою внутреннюю цель, я пришёл тогда, в упомянутом выше году, к выводу, что среди моих современников совершенно невозможно найти то, что я искал, и потому я решил от всего отказаться и удалиться на определённый срок в полное одиночество, подальше от всех проявлений внешнего мира, и попытаться посредством активных размышлений достичь искомое самому или продумать до конца некоторые новые пути для своих исследований.

 

Это случилось во время моего пребывания в Центральной Азии, когда по рекомендации уличного парикмахера, которого я встретил случайно и с которым мы стали большими друзьями, мне удалось получить доступ в монастырь, хорошо известный среди последователей магометанской религии, где я и воспользовался гостеприимством добрых братьев.

 

Однажды, после беседы с одним из братьев монастыря о природе и качестве человеческой веры и о последствиях её воздействия на человека, я, под влиянием беседы, ещё более убедился, что должен твердо придерживаться своего решения и немедленно воспользоваться благоприятным случаем в этом самом монастыре.

 

Удалившись в тот же вечер в уединение, я привёл себя в необходимое состояние и начал серьезно размышлять над своей ситуацией и будущим поведением.

 

Следуя требуемому и уже хорошо знакомому мне методу, обычному для всех посвящённых в область древней науки, которую именуют «законы созерцания», состоящему в данном случае, главным образом, в воспоминании и обозрении всех существующих категорических убеждений по этому вопросу, я начал сопоставлять различные факты, которые вполне понимал, со всякого рода гипотезами и предположениями, которые слышал от разных авторитетных людей, обладавших по сравнению с другими, действительно большим знанием, и также достиг состояния бытия, соответствующего этому знанию.

 

После применения этого метода в течение трёх дней, я, хотя и не пришёл к каким-либо определённым выводам, всё же ясно убедился, что ответы, которые я искал и которые в своей совокупности могли пролить свет на мой главный вопрос, могут быть найдены, если они вообще доступны человеку, в области «подсознательного-процесса-мышления-человека».

 

Тогда же я твёрдо убедился в том, что для этой цели мне необходимо совершенствовать своё знание о всех подробностях формирования и проявления общей психики человека.

 

Придя к этому решающему выводу, я снова начал в течение нескольких дней думать и думал почти непрерывно о том, что надо сделать, чтобы создать необходимые и удовлетворительные мирские условия, позволяющие изучать такие неожиданные проблемы.

 

Будучи всё ещё в полной власти своих размышлений, я покинул монастырь и снова отправился путешествовать, на этот раз без определённого плана действий.

 

Во время моих непрерывных странствий с места на место и почти непрестанного и интенсивного размышления я, наконец, сформировал в уме предварительный план.

 

Ликвидировав все свои дела и мобилизовав материальные и другие возможности, я начал собирать всякого рода письменную литературу и устную информацию, сохранившуюся среди некоторых азиатских народов, о той области науки, которая была высоко развита в древнее время и именовалась «Мехкенесс», название, означающее «снятие ответственности», из которой современная цивилизация знает лишь незначительную часть под именем «гипнотизм», в то время как вся литература существовавшая по этому вопросу, была уже знакома мне, как пять пальцев.

 

Собрав всё, что мог, я отправился в дервишский монастырь, расположенный в центральной Азии, где уже останавливался раньше, и, обосновавшись там, полностью посвятил себя изучению материала, находившегося в моём распоряжении.

 

Спустя два года тщательного теоретического изучения этой области науки, когда возникла необходимость практически проверить некоторые детали, ещё недостаточно выясненные мною в теории, механизма функционирования подсознательной сферы человека, я объявил себя «лекарем» всякого рода пороков и стал применять результаты своих теоретических исследований к людям, оказывая им, в то же время, реальную помощь.

 

Это оставалось моим исключительным занятием и проявлением в течение четырёх или пяти лет в соответствии с серьёзной клятвой, возложенной на меня моей задачей, которая сводилась к оказанию добросовестной помощи страждущим и использованию своего знания и практической силы только для исследований и никогда для личных или эгоистических целей; я не только пришел к беспрецедентным практическим результатам, не имеющим себе равных в наши дни, но и выяснил почти всё, мне необходимое.

 

В короткое врёмя я открыл многие детали, которые могли способствовать решению всё того же главного вопроса, равно как и многих второстепенных фактов, о существовании которых я и не подозревал.

 

Вместе с тем, я убедился, что ещё большее число деталей, необходимых для окончательного решения этого вопроса, надо искать не в сфере подсознательного процесса мышления, но и в различных аспектах проявлений бодрствующего сознания.

 

После окончательного установления этого в моём уме снова начали «копошиться» мысли, как многие годы назад, иногда автоматически, иногда управляемые сознанием, мысли о средствах приспособления себя к условиям обычной жизни с целью окончательного и безошибочного выяснения вопроса, который явно стал прочной и неотделимой частью моего Бытия.

 

На этот раз мои размышления, которые периодически возобновлялись в течение двух лет моих странствий по Азии, Европе и Африке, закончились решением применить моё исключительное для современного человека знание так называемых «сверхъестественных наук», равно как и искусство исполнения различных «трюков» в этих псевдонаучных областях, и объявить себя «профессором-инструктором».

 

Необходимо сказать, что главной причиной этого решения было понимание факта, что в то время среди людей был широко распространён специфический психоз, который, как было давно установлено, периодически достигает высокой степени и проявляется в отдаче себя всевозможным «проклятым» идеям в областях ложно-человеческого знания, которое в разные эпохи носило разные названия, а в наши дни называется «оккультизмом», «теософией», «спиритуализмом» и т.д.

 

С момента моего решения я направил все свои способности и внимание на то, чтобы войти в контакт с людьми, принадлежащими к одной из обширных организаций, где люди встречались в попытке достичь определённых результатов путём изучения той или другой из вышеупомянутых «наук».

 

Последующие обстоятельства моей жизни оказались столь благоприятными, что в течение полугода мне удалось не только завести знакомство с большим числом этих людей, но и быть принятым за «специалиста» и руководителя в вызывании так называемых «потусторонних явлений» в очень, говоря их словами, «высоких кругах».

 

После того как я «акклиматизировался» в своём новом призвании, я заслужил среди членов вышеупомянутых «кругов» и их семейств репутацию великого «маэстро» во всём, что связано со сверхъестественным знанием. Во время всех этих «манипуляций» в царстве потустороннего, которые я выполнял в присутствии большого числа членов одной из многочисленных, широко распространённых тогда, как и в наши дни, «мастерских-для-совершенствования-психопатии», название, которым я теперь открыто их называю, я начал наблюдать и изучать различные проявления психики этих обученных и свободно двигавшихся «подопытных кроликов», посланных мне Судьбой для моих экспериментов. Хотя к началу третьего года этой деятельности я приобрёл солидный авторитет среди членов трёх таких независимых «мастерских», благодаря которым я получил много материала для своих наблюдений, и, несмотря на то, что я мог иметь их столько, сколько хотел, мне пришлось отказаться от них и предпринять организацию своего собственного «круга» на совершенно новых принципах и со специально подобранным персоналом.

 

Я решил сделать это, главным образом, потому что, встречаясь тогда с людьми, составлявшими такие круги, я установил, что в таких сообществах собираются люди трёх-четырёх определённых «типов», тогда как мне необходимо было — чтобы наблюдать проявления психики человека в его бодрствующем состоянии — иметь в своём распоряжении представителей всех 28 существующих на Земле «категорий-типов», как они были установлены в древние времена.

 

Приняв этот план к исполнению, с огромным, почти сверхчеловеческим усилием и, конечно, с большими затратами, я организовал в нескольких городах три небольшие группы людей самых разных типов, каких я только мог собрать в течение трёх лет.

 

Осознав за время второго года существования этих групп, что при существующих условиях я не в состоянии иметь в своём распоряжении на достаточно долгий период представителей всех типов я, продолжая руководить этими группами, с одной стороны, наблюдал и изучал уже доступный материал, а с другой, удовлетворял настолько добросовестно, насколько возможно, тех, в психике кого глубоко укоренилась страсть к любознательности, и беспристрастно разрушал у тех, у кого ещё не атрофировалось свойственное всем людям предрасположение к приобретению реального «Бытия», все их прежние иллюзии и ошибочные идеалы, готовя таким путём, по крайней мере, возможных себе помощников. Затем я снова начал периодически размышлять, как найти возможность создать такие условия, которые позволили бы мне удовлетворить мою необычайную, случайно возникшую потребность. Эти периодические размышления заставили меня, наконец, основать Институт, который позднее существовал под названием Институт гармонического развития человека согласно системе Г. Гурджиева.

 

«Канвой», так сказать, которая служила фоном для этого решения, было то соображение, что с такой широко задуманной публичной организацией, охватывающей почти все интересы современной жизни, я наверняка бы собрал - помимо типов, которые я уже встречал, — все другие типы людей, которых раньше для моих наблюдений не доставало.

 

Изложив в этой брошюре мотивы своего решения, основанные на внутренних, искренних и беспристрастных побуждениях, я считаю необходимым сообщить о тех мысленных и эмоциональных ассоциациях, что протекали через всё моё существо, и, в итоге, привели к решению, которое находилось в полной гармонии с моей совестью.

 

К концу всех моих размышлений, в результате которых я, наконец, твёрдо решил организовать публичный Институт, когда в моём существе возник, как всегда бывало в подобных случаях, тот странный импульс, который присущ моей индивидуальности и который автоматически вынуждает меня любую новую задачу в моей жизни рассматривать с точки зрения «объективной справедливости», мои рассуждения с самим собой были, примерно, следующими:

 

«Использование людей, которые проявляют особый интерес к Институту, основанному мной, с чисто личными целями, несомненно, было бы воспринято лицами, окружающими меня, как проявление «эгоизма», но в то же время люди, которые имели дело с этим Институтом, именно те, о которых я упоминал раньше и у которых предрасположение, свойственное всем, - предрасположение к приобретению данных и к подготовке в их существе почвы для импульса «объективной совести» и для формирования так называемого «внутреннего благоразумия» — ещё не вполне атрофировалось, эти люди могли, единственно этим путём, воспользоваться плодами знания, которое я накопил вследствие исключительных обстоятельств моей жизни и которое касалось почти всех аспектов реальности и объективной истины, и таким образом использовать их для своей собственной пользы».

 

Что касается местоположения Института, то после долгого обдумывания и приняв во внимание существующие условия обыденной жизни и облегчение общения с другими нациями, столь существенное для меня, я решил, что самым подходящим местом была бы Россия, в то время мирная, богатая и спокойная страна.

 

Придя к этому решению, я немедленно начал ликвидировать свои текущие дела, которые были разбросаны по разным странам Азии, и, собрав всё богатство, накопленное мною за долгие годы жизни, которая была исключительно трудной для современного человека, прибыл и поселился в самом сердце России, в городе Москве.

 

Это случилось за два года до так называемой «Великой-Мировой-Войны».

 

В этой брошюре я не буду больше ничего говорить об этом Институте, который я основал в России, где неожиданные и катастрофические события разрушили его на самой высокой ступени его начальной деятельности, а с ним и все полученные к тому времени результаты. Не буду описывать и дальнейшие «перипетии» и попытки организовать Институт в других городах России, равно как и в других странах, попытки, которые ни к чему не привели из-за всевозможных последствий войны, и каждый раз с «крахом», то есть с огромными материальными и иными потерями; и его успешное учреждение семь лет спустя в благородной Франции, где он существовал без помех до его окончательной ликвидации после того, как я попал в серьёзную автомобильную аварию.

 

Я не буду говорить об этих событиях и обо всех последствиях, вызванных ими, так как достаточно подробно описал их в третьей книге второй серии моих писаний и в первой книге третьей серии.

 

Из материала, который относится к Институту, приведу только некоторые выдержки из «проспекта», объявляющего о его открытии.

 

Мне хотелось бы привести эти выдержки, главным образом, потому что, как я понял позднее, познакомившись с жизнью европейцев, этот проспект, хотя и был издан большим тиражом, всё же многим европейцам остался неизвестным. Некоторые из них не имели возможности познакомиться с ним, вероятно, потому что моя работа и идеи заинтересовали, в первую очередь, людей, которые в высшей степени обладали упомянутым «специфическим психозом» и, соответственно, были известны окружающим как занимавшиеся всякого рода «вздором», известным иначе под такими названиями, как «оккультизм», «теософия», «психоанализ» и т д., и когда кто-нибудь, кто до тех пор был свободен от влияния такого «вздора», соприкасался с моей деятельностью и обнаруживал, что такие-то и такие-то господа крайне в ней заинтересованы, в его психике немедленно возникало то «нечто», что свойственно психике человека в его коллективной жизни, было давно зарегистрировано нашими предками и получило название «буфер-пробуждение».

 

Приведу ту часть проспекта, которая даёт, среди прочего, оценку воспитания человека в современной цивилизации. Она гласит: «Современный человек, благодаря определённым, почти незаметным условиям повседневной жизни, которые прочно укоренились в современной цивилизации и стали, так сказать, «неизбежными», постепенно отклонился от естественного типа, как результата влияний места и окружения, в которых он был рождён и выращен, и которые, при нормальных условиях, без каких-либо искусственных помех, самим своим характером указывали бы законный путь развития каждого индивидуума в тот конечный тип, которым он должен стать уже в подготовительном возрасте.

 

В наши дни цивилизация, с неограниченным размахом распространяющая своё влияние, вырвала человека из нормальных условий, в которых он должен жить.

 

Верно, конечно, что современная цивилизация открыла новые горизонты в технических, механических и многих других «науках», увеличив тем самым мир его восприятия, но, вместо сбалансированного подъёма к высшей степени развития, она развила только отдельные стороны его существа в ущерб другим, в то время как из-за отсутствия гармоничного воспитания некоторые присущие человеку способности были полностью уничтожены, лишив его, таким образом, нормальных привилегий его типа. Другими словами, не воспитывая растущее поколение гармонично, эта цивилизация, которая, согласно здравому смыслу, во всех отношениях должна уподобиться доброй матери, отказала ему в том, что обязана была дать; по-видимому, она лишила его и возможности прогрессивного и сбалансированного развития нового типа, каковое неизбежно имело бы место хотя бы с течением времени и согласно закону общечеловеческого прогресса.

 

Отсюда следует неоспоримый факт, что вместо законченного индивидуального типа, каким, как свидетельствуют исторические материалы, человек был несколько столетий тому назад, когда он находил норму в общении с Природой и породившим его окружением, возникло существо, с корнем вырванное из почвы, непригодное к жизни и чуждое всем нормальным условиям существования.

 

Одним из самых пагубных результатов одностороннего воспитания является то, что восприятия и проявления современного человека, который окончательно формируется в ответственном возрасте, не являются сознательным выражением его Бытия как законченного целого, но представляют собой лишь результаты автоматических рефлексов той или иной его стороны.

 

Психика современного человека расколота на три, так сказать, совершенно независимых «существа», которые никак не связаны друг с другом и разделены как в своих функциях, так и в проявлениях, тогда как, согласно историческим данным, эти три начала составляли у большинства людей, даже во времена вавилонской цивилизации, одно нераздельное целое, которое является, по-видимому, и общим хранилищем всех их восприятий и излучающим Центром их проявлений.

 

Благодаря этому одностороннему воспитанию современного человека, по достижении его совершеннолетия эти три независимых источника или центра его жизни, то есть, во-первых, источник «интеллектуальной» жизни, во-вторых, источник «эмоциональной» жизни и, в-третьих, инстинкт или «двигательный» центр, вместо внутреннего сплавления с последующими обычными внешними проявлениями сделались, особенно в последнее время, совершенно независимыми внешними функциями, а качество их проявления стало определяться специфическими внешними условиями.

 

Согласно выводам, основанным на детальных экспериментах г-на Гурджиева, равно как и выводам многих других людей, серьёзно размышлявшим над этим вопросом, всякое сознательное восприятие и проявление человека происходит от одновременной и скоординированной работы трёх упомянутых источников, которые и образуют его индивидуальность, причём каждый из них должен играть свою собственную роль, то есть доставлять свою долю ассоциаций и переживаний.

 

Полное достижение необходимого и нормального проявления в каждом отдельном случае удаётся только в случае координации деятельности всех трёх источников.

 

У современного человека, отчасти из-за его ненормального воспитания в период подготовительного возраста, отчасти из-за широко распространённых ненормальных условий современной жизни, работа психических центров на протяжении ответственного возраста почти полностью разобщена, поэтому его интеллектуальная, эмоциональная и инстинктивно-двигательная функции не дополняют и не корректируют естественным образом друг друга, но, напротив, идут разными путями, которые редко пересекаются, и потому не имеют возможности получить то, что следует понимать под словом «сознание», относительно которого современные люди совершенно заблуждаются.

 

Из-за отсутствия координированного взаимодействия этих трёх раздельно сформированных и независимо воспитанных частей психики современный человек представляет собой трёх различных людей в одной индивидуальности; первый из них мыслит в полной изоляции от других частей, второй просто чувствует, а третий действует автоматически, согласно установленным или случайным рефлексам его органических функций.

 

Эти три человека в одном должны, в соответствии с предвидением Великой Природы, представлять, взятые совместно в ответственном возрасте, одного человека, каким он должен быть — «человека-без-кавычек», то есть реального человека.

 

Эти три центра, которые были сознательно сформированы Великой Природой, чтобы образовать законченное целое, из-за отсутствия в нужное время привычки к взаимопониманию и взаимопомощи вследствие неверных усилий людей и их ложного воспитания, приводят к тому, что в период ответственных проявлений они не только не помогают друг другу, но, напротив, автоматически срывают планы и намерения друг друга; кроме того, каждый из них, господствуя над другими в моменты интенсивного действия, становится хозяином положения, ложно присваивая себе ответственность реального «я».

 

Это осознание разобщённой и конфликтующей деятельности центров или источников, которые должны представлять психику человека и, в то же время, полное отсутствие даже теоретического представления о необходимости воспитания, соответствующего этим отдельным, относительно независимым частям, не говоря уже о неспособности применить его практически, неизбежно должно привести к выводу, что человек не является господином самого себя.

 

Он не может стать господином самого себя, ибо не только не способен контролировать центры, которые должны функционировать в полном подчинении его сознанию, но даже не знает, какой из центров управляет всеми ими.

 

Система, применяемая в Институте гармонического развития человека для наблюдения за психической деятельностью, ясно демонстрирует, что современный человек никогда не действует по собственному усмотрению, но лишь осуществляя действия, стимулируемы внешними побуждениями.

 

Современный человек не мыслит, но что-то мыслит за него; он не действует, но что-то действует через него; он не создаёт, но что-то создаётся через него; он не достигает, но что-то достигается через него.

 

У новорождённого ребёнка эти три части психики можно сравнить с системой чистых граммофонных валиков, на которых со дня его появления на свет начинает записываться внешнее значение предметов и субъективное понимание их внутреннего смысла или ощущение результатов действий, происходящих как во внешнем, так и во внутреннем мире, уже формирующемся в нём; всё это записывается в соответствии с соотношением между характером этих действий и характером различных систем, которые формируются в человеке.

 

Все виды этих записанных результатов окружающих действий остаются неизменными на каждом из «хранилищ-валиков» в течение жизни, в той же последовательности и в том же соотношении с ранее записанными впечатлениями, в которых они были восприняты.

 

Все впечатления, записанные в этих трёх относительно независимых частях, составляя психику человека, позднее, в период ответственного возраста, производят все виды ассоциаций в различных комбинациях.

 

То, что именуется «разумом» в человеке, равно как и в любых других формах жизни, есть не что иное, как сосредоточение результатов впечатлений различного качества, воспринятых ранее; их возбуждение и повторение вызывает в человеке разные виды ассоциаций.

 

Записанные впечатления имеют три источника происхождения и подвержены трём закономерным влияниям.

 

Одна категория ассоциаций формируется впечатлениями, воспринятыми непроизвольно и непосредственно из внешнего мира, равно как и возникающими во внутреннем мире человека в результате некоторых постоянных и автоматически повторяемых ассоциаций.

 

Вторая категория формируется сознательно воспринимаемыми впечатлениями, либо возникающими из внешнего мира, либо кристаллизующимися во внутреннем мире человека посредством преднамеренного активного мышления и осознания реальности.

 

Третья категория берёт начало исключительно в процессах так называемого «трансформированного сознания», то есть в сопоставлении однородных впечатлений всех происхождений, которые уже были зафиксированы, в то время как между их внутренними и отдельными центрами поддерживается непрерывный контакт.

 

Отложение в целокупности человека трёх различных категорий впечатлений, перечисленных выше, для последовательных проявлений психики человека, подтверждает, среди прочего, реальное различие трёх установленных состояний сознания человека и определяет их качество и знание.

 

Методами Института гармонического развития человека всякий может вполне надёжно и без малейшего сомнения установить, что сознание человека состоит из трех определённых способностей проявления, и эти способности формируются и определяются ассоциациями впечатлений, которые имеют своё происхождение в одной из трёх упомянутых категорий.

 

Одно из трёх состояний сознания, которое, в объективном смысле, считается наивысшим и наиболее желательным для человека, основывается исключительно на ассоциациях ранее воспринятых впечатлений третьей категории.

 

Второе состояние сознания составляется из ассоциаций впечатлений второго порядка, упомянутого выше, то есть из впечатлений, воспринятых сознательно.

 

К третьему состоянию человеческого сознания можно отнести род сознания, для которого современный человек, стремясь подчеркнуть его особое значение и ничуть не сомневаясь в правильности своего наименования, применяет выражение «бодрствующее состояние сознания». Это состояние сознания, которое современный человек квалифицирует как высшее, показало себя, согласно научно организованным и тщательно проверенным исследованиям, продуктом постоянно повторяемых, непроизвольно и случайно воспринимаемых, равно как и искусственно создаваемых и «выученных наизусть» впечатлений.

 

Большинство людей, вследствие постоянно ухудшающихся условий существования, привыкло отдавать приоритет этому сознанию, которое достигается только что упомянутыми впечатлениями, то есть «выученными наизусть» непроизвольными восприятиями случайных впечатлений, получаемых из нашего окружения.

 

У человека, который достигает высшей степени сознания посредством ассоциаций, составленных из впечатлений первого рода, процессы воображения, воспоминания, суждения, рассуждения и мышления являются ничем иным, как автоматической кристаллизацией, происходящей из его так называемых «сосредоточенных усилий», каковому процессу он и присваивает громкое имя «внимание», тогда как уже кристаллизованные и автоматически воспринятые впечатления и упомянутые проявления являются ничем иным, как результатом ранее повторяющихся и случайных впечатлений, другими словами, все процессы этого внутреннего мира человека являются автоматическим обозрением различных комбинаций часто повторяемых переживаний, так сказать, «устаревших» впечатлений. И проявления этого человека в обычной жизни, все его импульсы, мысли, чувства, слова, убеждения, верования и поступки составляются исключительно из материала таких впечатлений в различных комбинациях, кристаллизованных в его целокупности.

 

Эти комбинации формируются под влиянием случайных толчков, которые более или менее интенсивно приводят в движение ту или иную группу ранее воспринятых впечатлений, которые в данном случае становятся центром ассоциаций.

 

Каждый новый толчок, или толчок разной степени интенсивности, вызывает ещё одну ассоциацию и, следовательно, другой ряд мыслей, чувств и действий и т. д., и никакой центр у обладателя такого сознания не может добавить что-либо своё или что-либо новое к сформированным таким образом комбинациям, и никакой центр не может, даже действуя в момент своей наибольшей интенсивности, извлечь материал, сформированный в других центрах.

 

Отсюда следует, что, поскольку восприятие мира у обладателя такого сознания всегда приходит с одной его стороны или, другими словами, так как обладатель такого сознания осуществляет три разных процесса восприятия, которые имеют мало общего или ассоциируются случайно и частично, то каждое из его суждений, как продукт лишь одной стороны психики и части материала, находящегося в его распоряжении, неизменно является односторонним и, в результате, ошибочным.

 

Из того, что было сказано, всякому здравомыслящему лицу очевидно, что для истинного воспитания человека необходимо развивать в каждом отдельно сформированном центре естественную потребность смешивать функции одной стороны с другими, чтобы проявления трёх частей, сформированных отдельно согласно законам природы в психике человека и неизбежно требующих отдельного воспитания, были бы гармонично объединены и в период ответственной жизни работали бы совместно, в соответствии со своими нормальными способностями.

 

Только такое отношение к подготовке человека к ответственной жизни может привести разные источники, образующие психику человека, к должному уровню проявления, поскольку только в этом случае три главных колеса человеческой машины будут работать гладко, не мешая друг другу, и давать наивысшую продуктивность в своих отдельных функциях, равно как и в достижении того уровня сознания, которое возможно для человека, но которого человек в обычных условиях не достигает.

 

Принимая во внимание то, что у каждого индивидуума степень развития каждой части индивидуальности различается и что его ассоциации также различаются, мы вынуждены прийти к заключению, что работа воспитания и перевоспитания должна быть строго индивидуальной, и не может быть иной.

 

Все недостатки в функционировании человеческой машины, вызванные условиями повседневной жизни, со временем возрастают, и любые исправления в работе машины требуют постоянной и решительной борьбы со всеми возникающими дефектами.

 

На основании так называемого «экспериментального материала», переданного из прошлого, вместе с многочисленными исследованиями, проведёнными в наши дни в Институте гармонического развития человека, категорически установлено, что человек не в состоянии вести вышеупомянутую борьбу самостоятельно. С другой стороны, ему не поможет в работе над собой никакой из методов самотренировки и саморазвития, которые в последнее время широко распространились в мире и которые рекомендуют определенные способы и процессы, такие как всевозможные физические упражнения, упражнения в медитации и сосредоточении, дыхательные упражнения, разные системы диеты и т. п.

 

Применять эти методы к любому, не принимая во внимание индивидуальных потребностей и особенностей, не только бесполезно, но и опасно, ибо неумелые попытки при ремонте человеческой машины, хотя и производят некоторые изменения, неизбежно вызывают другие, ненужные изменения, которые неопытное и невежественное лицо не в силах ни предсказать, ни избежать.

 

Необходимо помнить, что человеческая машина, функционирует ли она правильно или неправильно, сама по себе пребывает в механическом равновесии,и следовательно, любое изменение в одном направлении вызывает изменение в другом направлении, и поэтому очень важно предвидеть это и этому противостоять.

 

Чтобы избежать нежелательных результатов и неожиданных последствий в работе над собой, необходимо подчинить себя дисциплине специальных и строго индивидуальных методов, нацеленных на развитие новых способностей и особых «сил инерции», посредством которых, под руководством опытного учителя, старые способности могут быть отрегулированы и изменены, другими словами, необходимо развивать новые способности, которые недостижимы в обычной жизни и которые человек не может развить без помощи или с помощью какого-либо обычного метода.

 

Именно в том и состоят главные особенности метода, применяемого в Институте гармонического развития человека согласно системе Г. Гурджиева, что он ведёт к обнаружению в человеке нераскрытых до сих пор способностей, которые существенны для его ответственной и относительно нормальной жизни.

 

С этой целью и имея в виду свои проверенные возможности, программа Института гармонического развития человека включает практическое применение специальной «линии работы», из которой для каждого лица тщательно выбирается определённый тип работы согласно его индивидуальным способностям — работы, которая соответствует тем частям его ненормально сконструированной психики, автоматическая деятельность которых должна быть усилена или ослаблена.

 

С этой же целью программа содержит медицинский раздел, так как для многих людей необходимо, прежде чем начинать развитие естественных способностей, предварительно исправить существующие функциональные расстройства, без чего невозможно достичь продуктивной работы, направленной на желаемое гармоническое развитие.

 

Имея в виду только что сказанное, необходимо отметить, что любая работа по самосовершенствованию человека полезна только тогда, когда руководство основано на всестороннем знании человеческой природы и находится в строгом соответствии с индивидуальным определением физических и психических свойств данного лица, а также обстоятельств и условий его внешней жизни в будущем, насколько их можно предсказать.

 

Поэтому специальные курсы изъяты из предметов, включенных в программу Института, и применяются к индивидуальным потребностям каждого ученика.

 

В программу Института входит изучение по специальным методам различных профессий, ремёсел, искусств и домашних наук.

 

Параллельно с этим проводится полное теоретическое изучение человека и мира во всех их взаимоотношениях и согласно данным как европейской науки так и древнего азиатского знания.

 

Такое изучение, требующее применения новых и необычных методов восприятия и мышления, с одной стороны, помогает развитию скрытых свойств человека, а с другой, способствует установлению правильного процесса мышления и чувствования, а также и необходимых автоматических действий.

 

Среди руководителей Института гармонического развития человека — специалисты по медицине, психологии, физиологии, физико-математическим наукам, ремёслам и всем видам физических и психических упражнений.

 

Помимо того, что они обучены в своих дисциплинах, эти руководители посвящены в ту область науки, фрагменты которой всегда были известны человечеству и которая разработана в настоящее время г-ном Гурджиевым со всеми изменениями и дополнениями, соответствующими особым обстоятельствам, кристаллизованным в современной жизни, и служит в качестве основы для Института.

 

Институт принимает взрослых людей обоего пола в возрасте до 60 лет и детей старше четырёх лет. Люди, поступающие в Институт, подразделяются на три категории.

 

Первая — лица, которые стремятся к саморазвитию в соответствии со специально составленной для них программой.

 

Вторая — лица, которые следуют методам Института с целью изучения того или иного предмета по своему выбору; а также лица, которые стремятся вылечиться, используя методы Института.

 

Третья — лица, которые посещают общие лекции и изучают один специальный предмет, указанный им Институтом. *

 

* Некоторые темы лекций и практической программы предлагаются только ученикам  первой категории.

 

Люди первой категории в будущем будут, как предписано, разделены на три группы, именуемые:

 

1) экзотерическая группа,

 

2) мезотерическая группа,

 

З) эзотерическая группа.

 

Все вновь допущенные ученики первой категории принадлежат сначала к экзотерической группе; позднее они должны, в соответствии с личными особенностями, перейти в «мезотерическую» группу, а затем, опять-таки согласно своим достоинствам и степени «сообразительности», перейти в «эзотерическую» группу.

 

Только после прохождения через все три группы они могут быть посвящены, сначала теоретически, а затем и практически, во все вопросы, которые неизвестны обычным людям и которые были выяснены г-ном Гурджиевым в ходе специальных исследований в течение почти полустолетия, равно как и группой людей самой высокой современной культуры, посвятивших себя исследованию объективной истины.

 

Люди первой категории, поступая в Институт, получают определённые директивы и указания только после заполнения «индивидуального листка».

 

Материал, сообщаемый в индивидуальном листке, связан с подробными наблюдениями за главными функциями организма и специфическими чертами каждого субъекта, кристаллизованными в его индивидуальности, равно как в уровне внимания, памяти, речи, ощущения, темперамента, формах его физических и психических рефлексов, запаха, вкуса, слуха, зрения, реакции на цвета, особенности эманации и т. д.

 

Результаты этих наблюдений, вместе с различными сведениями, выясненными в течение того же периода о способностях и склонностях данного индивидуума и отмеченными на «индивидуальном листке», будут для руководителей, так сказать, «отправным пунктом» при установлении метода продуктивного саморазвития. На основе тех же данных будут указаны предметы для изучения, равно как и переходный план специальной психической работы, соответствующий образ жизни при пребывании в Институте и, в случаях болезни, необходимое лечение.

 

Особое внимание будет уделено тем индивидуумам, у которых обнаружены определённые патологические симптомы, такие как слабость воли, упрямство, леность, беспричинные страхи, чувство постоянной усталости, апатия, раздражительность, неправильный обмен веществ, тучность или истощение, злоупотребление алкоголем, наркотиками и т. д.

 

В главном отделе Института установлены самые современные аппараты и инструменты — богатейшая коллекция, если взглянуть на нее как на сведенные вместе «психиатрический», «химико-аналитический» и «психо-экспериментальный» кабинеты, отвечающие требованиям общего характера, а также используемые для независимых исследований самими учениками — они могут проверить выдвигаемые на общих лекциях теории и утверждения, которые могут показаться им сомнительными или произвольными».

 

Возвращаясь к главному предмету этой брошюры, я хочу прежде всего заявить, что Институт, после многочисленных попыток, был в конце концов учреждён мною во Франции в 1921 году на принципах вышеприведённого проспекта. Но существовал он, к моему большому сожалению и, как многие, вероятно, поймут, к несчастью всех мыслящих людей, недолго, ибо, хотя сначала моя деятельность преследовала, главным образом, то, что могло показаться моей личной целью, я предвидел всю ту пользу, которую она принесёт всему человечеству, и развивал её в масштабе интересов и охвата всего так называемого «здравомыслящего мира».

 

В разгар деятельности Института, после прискорбной автомобильной аварии, которая едва не привела меня к смерти, я был вынужден ликвидировать не только все готовые к деятельности в разных странах 18-ть новых отделов института, но и всё, непосредственно связанное с главным отделом.

 

Не буду описывать в этой брошюре, какие события были связаны с аварией, приключившейся со мной, и какие неожиданные обстоятельства последовали из всего этого, обстоятельства, заставившие меня, как только я полностью пришёл в сознание, принять все меры к скорейшей ликвидации всего, что было создано мною с такими невероятными трудностями, о чём подробно рассказано в одной из книг третьей серии.

 

Из всего, что я уже сообщал об этом, повторю вкратце только главные причины, заставившие меня начать тогда писать и даже стать, в конце концов, «стандартным писателем».

 

Через несколько месяцев после упомянутой автомобильной аварии, когда я сам и все близкие мне люди обрели уверенность, что я буду жить, и когда все раннее кристаллизованные функции и установленный ритм интенсивной деятельности моего духа начал день за днём восстанавливаться, в то время как моё физическое тело оставалось беспомощным, создавая, таким образом, дисгармонию между моим телом и духом и вынуждая меня испытывать нравственные муки, я решил найти себе занятие, которое направило бы мои мысли в другую сторону и, таким образом, облегчило бы мои муки.

 

Однажды ночью, лёжа в постели и страдая от бессонницы, которая стала мне тогда привычной, возбуждённый ассоциацией и вспомнив мысли относительно плана, который в течение последних двух-трёх месяцев волновал меня и, наконец, даже стал меня преследовать — и который должен был быть осуществлён в то время, когда я составлял общую схему средств для достижения упомянутой главной цели своей жизни, включавшей в себя намерение широко распространить суть моих идей, в том числе и посредством литературы, и которая не имела успеха из-за ненадёжности и порочной лености тех людей, которых я в течение многих лет специально готовил для этой цели, — мне вдруг пришло в голову, что ничто не мешает мне воспользоваться возникшей ситуацией и самому начать диктовать материал.

 

Поэтому, продолжая размышлять, я решил в конце концов, что так и сделаю.

 

На следующий вечер я попросил одного из близких мне лиц взять карандаш и тетрадь и точно записывать всё, что я буду диктовать.

 

Сперва, намереваясь распространить различные аспекты моих идей в виде коротких сценариев, пригодных для театра или кино, я диктовал такие сценарии и «выпекал» их буквально через день. Упомяну только четыре из множества сценариев, продиктованных мною:

 

«Кокаинисты».

 

«Хиромантия биржи».

 

«Бессознательный убийца».

 

«Три 6рата».

 

Чтобы дать хотя бы примерное представление о характере этих, так сказать, небольших «литературных композиций», которые я диктовал тогда и которые в должное время станут известны публике, их темы часто возникали в моём уме под влиянием того или иного воздействия на мои органы восприятия, которые в тот период были, особенно чувствительны, я считаю достаточным сказать здесь о событии, которое вдохновило меня выразить некоторые мысли, извлечённые из моих идей в последнем из вышеупомянутых сценариев, озаглавленном «Три брата».

 

Спустя несколько недель после того, как я начал диктовку, когда это новое занятие не только положило конец моей сосредоточенности на безнадёжном состоянии и на ситуации, из которой я не видел выхода, но вскоре приняло характер энтузиазма, «с-которым-шутки-плохи» и, в конце концов, привело к восстановлению дисгармонизированных функций моего физического тела, проходившем в ускоренном темпе, я решил, хотя ещё не мог путешествовать один, отправиться в Париж на автомашине в сопровождении нескольких близких мне людей, чтобы отдохнуть от активного мышления и вообще сменить впечатления.

 

Сидя однажды вечером в Кафе Мира, знаменитом тогда среди иностранцев, с некоторыми друзьями, мы обсуждали разные вопросы.

 

Среди прочего, был упомянут популярный в то время фильм «Три брата», и один из моих компаньонов предложил пойти и посмотреть этот знаменитый фильм, который показывали в специально приспособленном для этого зале.

 

Мы решили пойти туда все, а так как кинозал был совсем близко, пошёл и я, хотя и с большим трудом. В кино была невероятная толчея, билеты было трудно достать, но один из моих компаньонов ухитрился это сделать, уплатив, очевидно, «астрономическую» сумму.

 

Я не считаю необходимым повторять здесь содержание той чепухи, которая была «гвоздём» сезона, но должен сказать, что, сидя в том зале, переполненном людьми, которые из-за плохой вентиляции вынуждены были дышать спёртым воздухом, я, не будучи в состоянии выйти, вынужден был смотреть этот фильм и смотреть напряжённо, поскольку фокус моего зрения ещё не был восстановлен, и поэтому приходилось смотреть на разные объекты то одним глазом, то другим, и всё время меня возмущал этот бессмысленный «модный блеф», популярность которого была обусловлена стадным инстинктом, преобладающим среди людей сегодняшнего дня.

 

По окончании этого, как я сказал бы, «гипнотического процесса» я вернулся в Кафе Мира, которое впоследствии стало моей парижской «конторой» и, постепенно восстановив спокойствие, начал сочинять в уме свой собственный сценарий, который также получил название «Три брата».

 

В этом сценарии действуют, вместо двух, три брата, и все их проявления и взаимоотношения сравниваются мной с проявлениями и взаимоотношениями трех отдельных, независимо сформированных и относительно обученных частей общей целостности человека, представляющих, во-первых,  физическое, во-вторых, астральное, в-третьих, ментальное его тело; и, в диалогах трех персонажей, в форме дискуссии, то есть утверждения и отрицания, я ввел определенного рода идеи, дошедшие до нас из древних времен, когда было необычайно развито искусство врачевания - идеи того, что полезно или вредно, удовлетворительно или неудовлетворительно для одного или другого характера сценария в процессе развития сценария трансформации той или иной субстанции.

 

В течение первых двух или трех месяцев, вынужденный, из-за своей слабости диктовать, я изложил без определенной системы идеи, взятые разрозненно из общей целостности, фрагменты в форме небольших сценариев, представляющие самые различные внешние эпизоды жизни разных людей.

 

Но позднее, когда моя физическая сила более или менее восстановилась, я начал писать самостоятельно; и вот тогда, читая вслух один из этих сценариев, в котором шла речь о слышанной мною в детстве легенде о появлении на земле первого человеческого создания, из которой я вывел главного героя, Вельзевула, в качестве вероятного свидетеля этого появления, я ощутил в этом сценарии весьма богатый источник, из которого можно было извлечь бесчисленные связанные между собой отправные точки для ясного понимания различных сторон моих идей, и решил таким образом прекратить сочинение небольших сценариев и начать писать главный труд, взяв этот сценарий за основу  моих дальнейших писаний.

 

Начиная с  этого времени, полностью используя этот источник логического развития тех или иных вопросов, в общей своей совокупности  способных обеспечить ясное понимание сути моих идей, я начал разрабатывать и совершенствовать весь материал, уже избранный для опубликования, на этот раз  следуя определенной системе.

 

С тех пор, вплоть до сегодняшнего дня, я занимался исключительно писанием и часто из-за новых планов, которые возникали в ходе моих медитаций, я изменял текст и окончательную форму, в которой будут опубликованы мои писания.

 

Чтобы дать читателю этой брошюры представление об этой выбранной, в конце концов, форме моих писаний, но не слишком напрягать мой бедный мозг, который изрядно утомлён, я приведу первые шесть страниц моей первой книги, которая полностью закончена и передана в печать

 

Г.И. Гурджиев

 

  

ВСЁ И ВСЯ

 

Десять книг в трех сериях.

 

Оригинал написан на русском и армянском языке. Переводы на другие языки сделаны и продолжают делаться под личным руководством автора группой переводчиков, специально обученных с учётом их индивидуальности и подобранных согласно их пониманию текста и филологическим особенностям каждого языка.

 

Париж. 1933.



 

Всё изложено согласно новым принципам логического понимания с целью решения трёх кардинальных задач.

 

Задача первой серии:

 

Безжалостно, без малейшего компромисса, вырвать с корнем из процесса мышления и чувствования человека прежние, столетиями вкоренявшиеся взгляды и верования обо всём, существующем в мире.

 

Задача второй серии:

 

Снабдить материалом, необходимым для нового творчества, и показать его надёжность и качественность.

 

Задача третьей серии:

 

Содействовать возникновению в процессе мышления и чувствования человека правильного представления о реальном Мире, а не о том иллюзорном, который, согласно утверждению и показу автора, воспринимается людьми.

 

 

 

Первая серия —

 

в трёх книгах под общим заглавием

 

ОБЪЕКТИВНО-БЕСПРИСТРАСТНАЯ КРИТИКА ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА;

 

или

 

 РАССКАЗЫ БААЛЗЕБУБА СВОЕМУ ВНУКУ .

 

Вторая серия —

 

в трёх книгах под общим заглавием

 

ВСТРЕЧИ С ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫМИ ЛЮДЬМИ

 

Третья серия —

 

в четырёх книгах под общим заглавием

 

ЖИЗНЬ РЕАЛЬНА ТОЛЬКО КОГДА «Я ЕСТЬ»

 

 

 

Три книги первой серии

 

ОБЪЕКТИВНО-БЕСПРИСТРАСТНАЯ КРИТИКА ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА,

 

или

 

РАССКАЗЫ БААЛЗЕБУБА СВОЕМУ ВНУКУ

 

 

 

 

Содержание первой книги

 

1. Возникновение мыслей.

 

2. Почему Баалзебуб оказался в Солнечной системе.

 

3. Причина замедления движения транспространственного корабля «Карнак».

 

4. Закон падения.

 

5. Система Архангела Харитона.

 

6. Вечное движение.

 

7. Обретение знания о подлинном Бытии-долге.

 

8. Дерзкий пострел Хассейн, внук Баалзебуба, осмелился назвать нас «слизняками».

 

9. Причина возникновения Луны.

 

10. Почему «люди» - не люди.

 

11. Пикантная черта психики современного человека.

 

12. Первое рычание.

 

13. Почему фантазия может быть воспринята как реальность в уме человека.

 

14. Открытие перспектив, не обещающих ничего весёлого.

 

15. Первый спуск Баалзебуба на планету Земля.

 

16. Относительность понятия времени.

 

17. Архиглупость! Баалзебуб утверждает, что Солнце не светит и не греет.

 

18. Сверхфантазия.

 

19. Рассказы Баалзебуба о его втором спуске на планету «Земля».

 

20. Третий полёт Баалзебуба на планету «3емля».

 

21. Первый визит Баалзебуба в Индию.

 

22. Баалзебуб в Тибете в первый раз.

 

23. Четвёртое пребывание Баалзебуба на планете «Земля».

 

24. Полёт Баалзебуба на планету «Земля» в пятый раз.

 

25. Наисвятейший Ашиата Шиемаш, посланный Свыше на Землю.

 

26. Легомонизм, касающийся размышлений Наисвятейшего Ашиата Шиемаша, под заглавием «Ужас ситуации».

 

27. Тип организации для существования человека, созданный Наисвятейшими Трудами Ашиата Шиемаша.

 

28. Главный виновник разрушения Наисвятейших Трудов Ашиата Шиемаша.

 

29. Плоды древних цивилизаций и цветы современной.

 

30. Искусство.

 

Содержание второй книги

 

31. Шестое и последнее пребывание Баалзебуба на планете «3емля».

 

32. Гипнотизм.

 

33. Баалзебуб как профессиональный гипнотизёр.

 

34. Россия.

 

35. Изменение предсказанного курса движения транспространственного корабля «Карнак».

 

36. «Немножко» больше о немцах.

 

37. Франция.

 

38. Религия.

 

39. Святая планета «Чистилище».

 

40. Рассказ Баалзебуба о том, как люди учатся и забывают об основном космическом законе Эптапарабаршинох.

 

41. Бухарский дервиш — Хаджа-Асвантс-Трафф.

 

Содержание третьей книги

 

42. Баалзебуб в Америке.

 

43. Баалзебуб о процессе периодического и взаимного уничтожения человечества.

 

44. По мнению Баалзебуба, обычное непонимание человеком «справедливости» с объективной точки зрения является «проклятым миражом».

 

45. По мнению Баалзебуба, извлечение человеком электричества из Природы и его использование для своих нужд — одна из причин сокращения жизни человека.

 

46. Баалзебуб объясняет своему внуку значение формы в связи с изложением понятий о человеке.

 

47. Неизбежный результат беспристрастного процесса мышления.

 

48. От автора.

 

 

  

Дружеский Совет, написанный автором экспромтом при сдаче этой книги в печать.

 

Согласно выводам, сделанным мною за время многочисленных экспериментов относительно восприятия современными людьми новых впечатлений от того, что они слышат или читают, равно как и следуя смыслу одного изречения народной мудрости, которое я только что вспомнил и которое пришло из древних времён в следующей формулировке:

 

«Всякая молитва может быть услышана Наивысшими силами и исполнена ими, только если она произнесена трижды:

 

во-первых, ради благополучия или за упокой души родителей;

 

во-вторых, ради благополучия своих ближних;

 

и только в-третьих, ради собственного благополучия», —

 

я считаю необходимым на первой странице этой первой книги, которая готова для издания, дать следующий совет:

 

Читайте каждое из моих сочинений трижды:

 

в первый раз — хотя бы так, как механически читаете современные книги и журналы;

 

во второй раз — как будто читаете её кому-то вслух;

 

и только в третий раз — пытайтесь уловить суть моих писаний.

 

Только тогда вы приобретёте беспристрастное суждение о моих писаниях, и только тогда есть надежда, что вы, следуя своему пониманию, извлечёте себе пользу путём благодеяния, которое я принимаю на себя и желаю вам всем своим существом.

 

Автор

 

 

 

Только теперь, подготовив, по моему мнению, посредством всего сказанного в этой брошюре, соответствующий «фундамент» для изображения перед внутренним оком читателя контуров сути моей брошюры, названной мною «Первый призыв к современному человечеству», я считаю правильным, прежде всего, объявить во всеуслышание, что, хотя я предпринимаю, наконец, публикацию моих писаний, я решил содействовать их распространению не обычными путями, но в соответствии с определённым планом.

 

Этот план, недавно разработанный мною, состоит в принятии всевозможных мер к тому, чтобы мои писания, за исключением первой серии, не стали немедленно «доступной для всех» собственностью.

 

Это решение, принятое мною в течение последних лет в ходе наблюдений за теми лицами, которые слушали моё писание, есть плод долгих размышлений совершенно противоположный первоначальной надежде на больший, общедоступный вклад в излечение психики человека, которая на протяжении последних столетий становится совершенно ненормальной.

 

В соответствии с этим решением, я собираюсь сделать доступными публике только три книги из первой серии.

 

Что касается книг второй и третьей серий, я намереваюсь ознакомить с их содержанием следующим образом:

 

Содержание второй серии станет известным посредством чтения вслух, открытого для тех, кто уже тщательно изучил содержание первой серии. Эти чтения будут происходить в нужное время в так называемых «кружках», которые уже существуют во многих больших сообществах, состоящих из сторонников моих идей. Для этой цели уже существующие «кружки», войти в которые будет намного легче, будут реорганизованы, также будут созданы «клубы» совершенно нового типа, с простым доступом, а в те места, где нет таких «кружков», для организации чтений будут посланы специально подготовленные люди.

 

Знакомство с третьей серией моих сочинений дозволено лишь тем, кто, кроме тщательно ознакомления с идеями, изложенными в двух предыдущих сериях, уже начали проявлять себя и отвечать на проявления других людей в строгом соответствии с моими указаниями, данными в предыдущих сериях.

 

Заслуги и способности таких людей будут оцениваться теми, кто уже признаны так называемыми «достигшими прав посвященных» в соответствии с установленным мною кодексом, или, как это можно лучше выразить, в соответствии с регулируемыми мною правилами, которые уже давно существовали на Земле среди людей, достигших в своих поисках истины некоторого определенного Бытия.

 

Хотя я принимаю все возможные меры с целью точного выполнения этого решения, я не считаю излишним обратиться к читателям моих книг с просьбой всеми доступными им способами помогать выполнению этого решения, так чтобы ни один человек, интересующийся моими сочинениями, не смог получить к ним доступ иначе, чем этим установленным образом; другими словами, он не должен читать написанного мною, прежде чем не ознакомится с более ранними работами, даже если кто-то по определенным мотивам будет пытаться убедить его начать чтение не с первой книги.

 

Поверьте мне, вы должны полагаться в этом на мои утверждения, что точное следование моему желанию может иметь для вас величайшую важность; поэтому я особенно подчеркиваю это и настаиваю на этом.

 

Сейчас я не стану подробно описывать все последствия того, если мои требования не будут точно выполняться; они были выяснены и проверены мною в результате долгих наблюдений и статистических вычислений. Скажу лишь, что для некоторых людей чтение моих сочинений в ином, а не указанном порядке (не важно, был ли читатель давним последователем моих идей или присоединился недавно), может произвести нежелательное явления в их общей психике, в частности, способно навечно парализовать способность к нормальному самосовершенствованию.

 

С целью объяснения плана публикации моих сочинений я упоминал людей, достигших «прав посвященных», чьим авторитетом прочим будет позволено начать знакомство с идеями, проливающими свет на Истину и Реальность, изложенными в книгах третьей серии; и пробудить умах читателей хотя бы приблизительную концепцию таких людей, а по совпадению и таких, под чьим руководством будет проводиться публичное чтение второй серии, и чтобы таким образом создать необходимое стремление к этим людям, я считаю необходимым сказать следующее:

 

Это две категории людей, в сотрудничестве с которыми я намерен ознакомить широкую публику с содержанием второй и третьей частей моих сочинений, сегодня представляют собой обладателей двух совершенно различных степеней так называемого «Бытия и Понимания».

 

Приготовление их к будущей деятельности началась как результат двух разных обстоятельств, как произошедших случайно, так и связанных с моей деятельностью.

 

Обстоятельства, способствующие формированию первой группы этих людей, тех, кто должны доказать ценность обычных людей с целью предоставления прав знакомства с содержанием книг третьей серии моих сочинений, и тех, кто в настоящее время станут моими главными помощниками в новой фазе деятельности, таковы:

 

С самого начала, когда я, наконец, решил организовать Институт на уже упомянутых в этой брошюре принципах и искал для этого подходящую страну, я предвидел определённые изменения и решил поэтому на всякий случай доверительно сообщить о своих намерениях «братству» (род монастыря, существующий в самом сердце Азии), с тем чтобы обеспечить себя его помощью в будущем.

 

В результате долгих обсуждений всякого рода взаимных обязательств, которые, с моей стороны, основывались, главный образом, на моих будущих религиозных и моральных действиях, а с их стороны — на руководстве, в точном соответствии со средствами, указанными мною, внутренним миром людей, которых я хотел бы им доверить, мы пришли к определённому соглашению.

 

С тех пор, с 1911 года, когда я прибыл в страну, называвшуюся тогда «Русский Туркестан», я стал передвигаться из одного города в другой к Москве и общаться с разными людьми, отвечающими моей цели, подготавливая в то же время всё необходимое для осуществления своих намерений, всякий раз, когда мне случалось встретить людей, соответствующих моей цели, каковая отчасти была связана с моей потребностью в них в будущем, я знакомился с ними и, достигнув необходимое взаимное соглашение и снабдив всем необходимым, посылал их в упомянутый монастырь.

 

На протяжении всего этого периода и вплоть до автомобильной аварии я путешествовал по всей России, Кавказу, Турции, Германии и Англии к месту, где, в конце концов, обосновался — гостеприимной Франции, собрав сотни людей почти всех наций Азии и Европы на основе моих идей; из них я отобрал 27 человек обоего пола, отвечающих моей цели, и послал их в вышеупомянутый монастырь.

 

За исключением трёх, один из которых был отослан назад из-за недостойных проявлений, после проведения над ним специального «заклинания» о молчании, чтобы он не мог выдать то, что видел там и слышал, и два из которых умерли — один как жертва наследственной болезни, другой из-за несчастного случая во время поиска лекарственного растения Сантчишук, — все остальные в течение всего периода, кроме выполнения всех установленных требований монастыря под руководством старших братьев и моих бывших помощников, которые изредка наносили мне визиты в «поисках истины», все они достигли теоретического понимания моих идей и усвоили её практически в своём Бытии, ради своей собственной, заслуженной объективной пользы в их преклонном возрасте.

 

Обстоятельства, вновь чрезвычайно удачно подготовленные мной в прошлом ради настоящего и бывшие причиной превосходной подготовки людей второй категории, при помощи коих, в соответствии с вновь разработанным мною планом, Информация о содержании второй серии моих сочинений будет донесена для более широкой публики, − сложились именно таким образом.

 

Когда восемь лет назад несколько дегенератов, к стыду нашего поколения называющиеся «людьми», совершили против меня акт, ставший «апофеозом» их бесчисленных «добрых дел», то есть после серьёзной автомобильной аварии, когда, благодаря различным причинам, явно связанным с объективными добрыми делами моих предшественников и меня самого, я, вопреки всем ожиданиям, не умер и вскоре занялся ликвидацией основанного мною Института и всего, связанного с ним; узнав позднее о лишениях людей, которые многие годы жили за мой счёт в главном отделе Института, равно как и в других местах, где я предполагал открыть новые отделы, я решил организовать для некоторых из них и их семей общинную жизнь в одном из государств Центральной Европы, где жизнь была относительно дешёвой и для такой цели более или менее подходящей.

 

Я организовал общинную жизнь для тех нуждающихся лиц, которые, находясь вблизи меня, вели себя добросовестно и в целом похвально; к ним я присоединил тех, кого встретил на пути из Туркестана в Париж и кого из-за недостаточного уровня считал лишь кандидатами на более позднюю отсылку в монастырь в Центральной Азии.

 

С тех пор все они живут там и, решая всякого рода неизбежные задачи жизни, продолжают, с одной стороны, воплощать на практике то, что узнали от меня за время пребывания в Институте, а, с другой стороны, знакомятся со всей моей текущей работой, отчёты о которой я регулярно им посылаю.

 

Так как многие лица, которых я встречал за последние два десятилетия, интересовались узнать, чем я руководствовался, определяя пригодность людей для моей цели, и так как это знание, полагаю, могло стать для некоторых из них непосредственным побудительным фактором, заставляющим их усвоить, наконец, хотя бы ради своей эгоистической выгоды, истину, которую они узнали от меня, я считаю здесь уместным заявить, что из многочисленных данных, которые доказывали пригодность этих людей, главными для меня были следующие пять:

 

1) Если после всестороннего наблюдения я установил наличие в их индивидуальности, с подготовительного возраста, определённых отправных пунктов для более или менее похвальной жизни в ответственном возрасте.

 

2) Если в их существе не была полностью атрофирована унаследованная склонность к развитию в индивидуальности факторов, порождающих импульсы «органического стыда», «религиозности», «патриархальности», «осведомлённости о своей смертности» и т.д.

 

3) Если имелась унаследованная склонность, позволяющая искоренить слабости в их индивидуальности, обусловленные ненормальным окружением.

 

4) Если оказывалось, что они имели подходящие условия жизни и возможность достичь, согласно определённым принципам, перспектив на будущее.

 

5) Если имелась некоторая осведомлённость об их собственном «ничтожестве» и о возможности достичь необходимого желания для трансформации себя из этого ничтожества в определённое «нечто», которым они должны стать, даже согласно их собственному спокойно обдуманному пониманию.

 

Итак, после вышеупомянутой «грунтовки», как сказал бы художник, я набросал общие контуры сути моего призыва, и хочу сообщить вам один из многих выводов, которые я сделал за время своих длительных беспристрастных наблюдений, в ходе специальных исследований автоматических, а по временам и относительно сознательных, проявлений людей самого разного социального положения, врождённого понимания, воспитания, расы и верования, то есть определённые выводы касательно самого пагубного и нежелательного фактора, как в общем, так и в субъективном смысле, фактора, с особой силой проявляемого в психической сфере человека.

 

Пока я ограничусь лишь самым общим упоминанием об этом присущем каждому психическом факторе, который я проверял и выяснял всевозможными путями, и который поразил меня, хотя и показался сначала сравнительно незначительным. Позднее я скажу о нём подробно, равно как и о средствах, установленных мною в результате экспериментов, которые будут видоизменять и даже совершенно разрушать этот нежелательный фактор со всеми его последствиями.

 

Психический фактор, поразивший меня по причине его абсолютного противоречия убеждениям, внушённым мне с детства, равно как религиозным и моральным понятиям, общим всем людям нашего времени, наблюдался мною и позднее, в течение 21 года искусственной жизни, упомянутой в этой брошюре, и был разъяснен во всех его аспектах благодаря одному из принципов, который я применял ко всем.

 

Этот принцип, один из нескольких, которые я применял в течение этого периода, сводился к тому, что я ни при каких обстоятельствах не одобрял в людях, с которыми общался, неизбежно формирующийся в индивидуальности современного человека импульс, проявления которого известны под именами «тщеславие» и «самомнение», но, наоборот, считал себя обязанным относиться к ним критически.

 

Чтобы сделать ясным и подчеркнуть его значимость, считаю необходимым указать причины к применению вышеупомянутого принципа в тот период моей жизни.

 

Задолго до этого времени, когда я сознательно решил и даже поклялся в течение некоторого времени проявлять себя и реагировать на проявления людей определённым образом, действуя на протяжении многих лет, как я уже отмечал, в качестве профессионального гипнотизёра, я, хотя и пытался, по возможности, сохранять под контролем сознания нежелательные проявления своей натуры, тем не менее, во мне постепенно сформировалось, выходя за пределы моего контроля, автоматическое влияние на окружающих людей во время их бодрствующего, равно как и гипнотического состояния.

 

Вскоре моё бодрствующее сознание стало реально ощущать различные, несовместимые с моей натурой, последствия этого автоматического влияния на людей, которое часто вызывало во мне угрызение совести; и поэтому в разработке программы моей жизни, которая должна была стать моим руководящим принципом на будущее, главное в которой было то, что я всегда, в ходе этого предрешённого периода, во всех внутренних состояниях моего организма должен был «культивировать» внутренне и проявлять ко всем, кого я встречал, чувство любви, сострадания, расположения, доверия, и т. д., я решил включить также вышеупомянутый принцип, поскольку его применение к жизни хотя и служило, в основном, моей специальной цели, являлось, по моему мнению, составной частью моего внутреннего расположения к людям.

 

Таким образом, укрепляя своё сознание, которое было приобретено не без постоянной борьбы со слабостями, присущими моей натуре, я почти всегда поддерживал по отношению ко всем благожелательный импульс; помогая им, например, полезными советами, деньгами и необходимыми для жизни вещами, такими, как пища, рекомендательные письма и т. д.; однако в результате наблюдений и исследований я определённо установил, что все мои добрые дела не вызывали у них признания моей доброты, но, наоборот, формировали чувство недружелюбия, которое было обусловлено тем, что, согласно упомянутому принципу, я не принимал во внимание и не реагировал на «разнообразно окрашенные» импульсы, возникавшие у них как следствие психического фактора, свойственного человеку нашего времени.

 

Во всём этом наибольшее любопытство, по моему мнению, вызывает установленная и проверенная мною во всех её аспектах закономерность, согласно которой если в отношении к кому-либо, кто затаил против меня недружелюбие, я умышленно усиливал своё внутреннее расположение, пропорционально усиливая вышеупомянутую «придирчивость», это недружелюбие возрастало всегда без исключения и превращалось в явную враждебность ко мне.

 

Говоря об этом пагубном факторе, присущем психическому состоянию современного человека, многие годы одного из главных объектов моих наблюдений, я считаю необходимым, перед формулировкой окончательного «вывода», сказать следующее.

 

В настоящий период моей жизни, пресытившись на склоне лет всем, что жизнь может предложить человеку, вследствие этого разочаровавшись во всём и, следовательно, обладая всеми данными, позволяющими мне быть беспристрастным судьёй самому себе, призываю Небо и Землю в свидетели моей искренности и, основываясь на убеждениях, установленных в моём сознании, объявляю во всеуслышание:

 

Главной причиной почти всех недоразумений, возникающих во внутреннем мире человека, равно как и в общественной жизни, является тот психический фактор, который формируется в существе человека в период подготовительного возраста исключительно из-за неправильного воспитания, а в период ответственного возраста каждое возбуждение которого порождает в нём импульсы тщеславия и самомнения.

 

Я категорически утверждаю, что счастье и самосознание, которые должны присутствовать в реальном человеке, равно как и в мирной общественной жизни,— я оставляю в стороне и не пытаюсь анализировать другие причины, существующие в нашей жизни и не по нашей вине, — зависят в большинстве случаев исключительно от отсутствия в нас «тщеславия».

 

Я искренне желал бы в этом случае, чтобы каждый человек, который стремится оправдать перед Великой Природой свою судьбу человека, а не просто животного, ту судьбу, которая предназначена ему среди других существ на Земле и является таковой, какая она есть, должен усмотреть в своём старании раскрыть смысл моих писаний, и в новых учреждениях, которые я рассчитываю основать, прежде всего возможность найти в них различные средства помощи для искоренения в его целокупности тех данных, которые порождают в нём чувство «тщеславия».

 

И имея в виду, с одной стороны, охарактеризовать — для подготовки, так сказать, «плодородной почвы», позволяющей читателям лучше понять мои последующие призывы — моё неизменное, как его можно назвать, «маниакальное стремление» к решению тёмных «теандрологических» проблем, и, с другой стороны, помочь моим читателям яснее понять реальное значение присутствия во внутреннем мире людей факторов, способствующих сознательному или даже автоматическому развитию импульсов добра по отношению к другим людям, из каковых импульсов проистекают всевозможные последствия, противоречащие обычным понятиям людей, — то есть из импульсов, идеализированных и исповедуемых всеми религиозными учениями, существовавшими и всё ещё существующими на земле, равно как и из морали, которая давно забыта в человеческой жизни, — я считаю полезным и даже необходимым признаться здесь, что для того, чтобы детально уяснить результаты проявления в человеческом общении «голой» связи, основанной на любви, сострадании, доверии, симпатии и т. д., свободной от всякого рода дурных условностей, внешне установленных в нашей жизни, результаты, которые раньше по какой-то причине ускользали от моего внимания, я, с того дня, как начал работу над этим первым призывом вплоть до настоящего времени, то есть до 13 января 1933 года, с одной стороны, стал весьма настойчиво и даже с некоторой самоиронией проявлять на практике религиозно-философский принцип, известный на протяжении столетий, согласно которому наши предки и некоторые современные люди, достигшие своей благой жизнью определённой степени самосознания, посвящали треть каждого года своей жизни самосовершенствованию или, как говорят, «спасению своих душ», этот принцип можно сформулировать следующим образом: «Быть-менять последствия дурных дел наших ближних», а с другой стороны, я вызывал и поддерживал проявления этого принципа посредством искусственного воздействия на психику трёх разных лиц и наблюдал до конца все проистекавшие из этого последствия.

 

Способы моего искусственного воздействия были троякими.

 

Во-первых, я влиял посредством почти непрерывных доброжелательных убеждений и совестливых увещеваний; во-вторых, воздействовал угрозами устрашающего будущего, в-третьих, посредством разнообразных гипнотических внушений.

 

В течение того же периода, насколько мне позволяла временная физическая депрессия, последствие сильной усталости, я усилил по отношению к людям, общавшимся со мной, моё внутреннее расположение, сопровождая его строгим выполнением поставленной себе серьёзной задачи, которую надо всегда помнить, и в беседах умышленно проявляя, под маской серьёзного возбуждения, способ, который я практиковал начала вышеупомянутого периода в 21 год искусственной жизни и суммировал в следующей фразе: Безжалостно оспаривать -все-проявления-продиктованные-людям.

 

Что касается фактов, установленных мною в то время, я всесторонне проверил те из них, которые извлёк из так называемого «контакта внутренних миров» и о которых ещё скажу в последующих призывах, но пока мне хотелось бы — со ссылкой на последнее из моих наблюдений, а также и для обеспечения наших потомков фактическим материалом для правильного понимания реального и истинного значения психики их «ближних и собратьев», несчастных созданий по причине отсутствия у них силы воли и реального объективного разума, так что они, т. е. наши потомки, в отличие от нас, которые, как люди своего времени, уже стали, вследствие ненормального окружения, довольно упрощёнными и автоматически прозябающими животными, тогда как мы можем стать воистину богоподобными существами, способными входить в положение других и понимать его — так вот, мне хотелось бы в этом моём первом призыве в общих чертах сообщить об одном оригинальном «эксперименте», проведённом мною в течение последних месяцев, и признаться ещё в одном категорическом решении, связанном с последствиями этого психологического эксперимента, для выполнения какового решения я намерен немедленно приступить к завершению своих писаний.

 

Мне хотелось бы сказать здесь об этом эксперименте и, в частности, признаться в моём категорическом решении по этому вопросу, так как может наступить — в процессе мышления многих людей, которые встречались со мной для обсуждения идей, но упорно продолжают прозябать на Земле и на которых я истратил массу времени без всякой пользы как для них, так и для себя, главным образом, по причине их преступной лени — времени, которого мне не хватало для очень важных текущих дел — может наступить толчок такой силы, что он сформирует у них, в конце концов, хотя бы автоматически, какую-то иную форму «мышления-чувствования», более присущую человеку.

 

Я должен заявить прежде всего, что, когда в течение последних месяцев работал над моим первым призывом, одновременно просматривая первую серию писаний, подготовленных к печати, у меня возникла необходимость выяснить вышеупомянутые, ускользающие от обычного наблюдения подробности существования во внутреннем мире человека всевозможных альтруистических стремлений к другим людям, поэтому, принимая во внимание итоговую ситуацию, — а именно, что рядом со мной почти не оказалось людей, необходимых для моего эксперимента, следствие решения, которого я придерживался на протяжении ряда лет, об ограничении круга людей, пытающихся наладить со мной общение, — я прибегнул, дабы иметь в своём распоряжении необходимый контингент различных типов людей, то есть, как говорят, «широкое поле для эксперимента», к следующему мероприятию.

 

Решив задолго до этого заложить две моих европейских недвижимости, чтобы, если на момент завершения моих писаний моим «побочно коммерческим» делам, как я их называю, случится по какой-либо причине прийти в «состояние повышенной инертности», что фактически и произошло, я не мог оказаться в полной зависимости от других людей, и чтобы иметь возможность с помощью денег, реализованных таким образом, осуществить публикацию и широко распространить свои писания, что я считал целесообразным, я приступил к реализации этого заклада не так, как это сделало бы лицо, более или менее знакомое с парижскими методами, то есть просто поручив дела знакомому юристу, но, с целью создания упомянутого выше экспериментального поля, поручил дело целому ряду специальных контор, равно как частным «комиссионерам» и «помощникам комиссионера».

 

Благодаря этой, так сказать, последней моей «экстравагантности» и с целью удовлетворения всё той же мании, я выяснил — заодно убедившись в правильности этой необычной идеи, которая противоречила обычным представлениям, что сила и степень внутренней расположенности человека вызывает пропорциональную степень «злой воли» в других — множество до сих пор неподозреваемых и новых, хотя и слабых, но, тем не менее, очень значимых фактов, и даже, можно сказать, я снова «начинил себя» таким богатством чисто психологического материала, что, вопреки моему убеждению, равно как и всех тех, кто был более или менее знаком с моими писаниями, — убеждению, что мне не о чем больше писать, так как я написал уже обо всём, что только можно себе представить, этого материала хватило бы для моей новой профессии писателя на весь остаток жизни, допуская, конечно, что я пожелал бы оставаться писателем.

 

Я обогатился максимумом материала на самые разные темы, позволяющие в своей совокупности составить значительный литературный труд, более обширный, вероятно, чем «Рассказы Баалзебуба своему внуку», который можно было бы назвать, например, «Мечты и фантазии людей ХХ столетия».

 

В связи с этим следует упомянуть два других печальных последствия: во-первых, то, что мне пришлось покинуть те места в Париже, к которым я привык, и часто прерывать регулярный ход своих мыслей, которые были посвящены данной задаче, так как с того дня, как я обратился за помощью к упомянутым конторам и частным лицам, расширение моего «экспериментального поля» стало происходить так быстро, в результате, очевидно, общего кризиса, что я вынужден был прервать его из-за страха быть, так сказать, «высосанным насухо»; вторым последствием было то, что моя экстравагантная идея обошлась мне, в конце концов, в крупную сумму французских франков и германских марок.

 

Мне не хотелось бы называть второе обстоятельство печальным, поскольку я уже привык нести большие расходы в ходе своих разнообразных психологических исследований, если бы не случилось так, что в этом же году я не оказался неожиданно жертвой американского кризиса.

 

Вспоминая теперь «американский кризис», о котором так много говорили, и вполне сознавая то, что многие будут упрекать меня, не буду скрывать, что лично я не просто доволен, но буквально испытываю «удовлетворение» и благословляю этот кризис, который потряс стабильную и процветающую, если судить по её внешности, американскую жизнь.

 

Такой «злобный» импульс возник в моей индивидуальности и продолжает усиливаться потому, что только в результате воздействия на моё материальное положение я получил возможность подтвердить правильность моих исследований и пришёл к абсолютному убеждению, выраженному во всём моём существе, а не только, как прежде, в сознании, что если, в противоположность тому документально подтверждённому факту, который продолжал существовать в общественной жизни вплоть до знаменитой «греко-римской цивилизации», в настоящее время в нашей общественной жизни все внутренние побудительные импульсы человека совершенно перестали как-либо отражать в его внутреннем мире окружающих нас людей, то это происходит исключительно от последствий внедрения в до сих пор не сформированное сознание растущего поколения различных условностей и привычек для их искусственного проявления, то есть как следствие так называемого воспитания, которое стало принимать такие искажённые формы во времена греко-римской цивилизации и особенно процветать в эпоху средневековья.

 

Непосредственным следствием моей последней «экстравагантности» было то, что, встречая множество людей разного социального положения и наследственности, живущих в настоящее время в том центре общественной жизни современных людей, который именуют даже «столицей мира», и где, следовательно, должны в изобилии иметься все, так сказать, «совершенные удобства» для счастливой повседневной жизни и откуда все другие люди должны их заимствовать и применять для своей пользы, — среди этих совершенных удобств должны быть перечислены и упрощённые методы формирования в человеке соответствующих факторов для сознательного и автоматического проявления разных аспектов «объективной морали» — имея с этими людьми, у которых я хотел получить небольшую сумму денег на обеспечение моей собственности, оценённой в несколько миллионов, разные, так сказать, «деловые отношения», и осуществляя на практике вышеупомянутый «религиозно-философский принцип» в достижении моей психологической цели, в результате всего этого я установил, без какой-либо тени сомнения, полное отсутствие в них всех тех психологических факторов, которые, в соответствии со многими историческими данными, подтверждающими себя документальными свидетельствами, неизбежно формировались в целокупности людей прошлых эпох.

 

Те психические факторы, которые формировались в людях в период их подготовительного возраста, частью самотёком, под влиянием окружения, а частью путём намеренного воздействия мудрых наставников на протяжении ответственной жизни, механически действуют на обычную общую психику таким образом, что эти люди не могут, даже несмотря на всё своё возможное желание, вести себя по отношению к другим иначе, чем в соответствии с психическими факторами, укоренившимися в них с детства.

 

Я говорю о тех факторах, которые даже в настоящее время находятся в процессе формирования, правда, совершенно автоматически, у большинства людей, живущих на всех континентах в местах, более или менее изолированных от влияния так называемой современной «культуры».

 

Здесь необходимо добавить, что эти психические факторы могут быть легко введены в людей, живущих в подготовительном возрасте в условиях современной культуры, но, чтобы сохранить их неизменными на протяжении всего периода ответственной жизни, необходимо с целью их закрепления, как показали мои эксперименты, неустанно наблюдать за ними на протяжении двух-трёх лет после их созревания и защищать от особо сильных влияний извне путём установления над ними собственного влияния.

 

Среди этих психических факторов один, наиболее очевидный и рельефный, можно назвать «крупицей совести» — он заставляет своего обладателя действовать искренне по отношению ко всем тем, кто оказывает ему полное внутреннее доверие, даже если его так называемое «бодрствующее сознание» убеждает его действовать противоположным образом.

 

Говоря об этом присущем человеческой психике факторе, который сформировался и присутствовал в период ответственной жизни наших предков, уже давно отошедших в Вечность, не мешает также упомянуть, что из пятидесяти людей, проживающих в столице мира и служивших мне в то время, не сознавая, конечно, об этом, объектами моих наблюдений, функционирование и проявление этого своеобразного психического фактора показало, что у одиннадцати из них он полностью трансформировался в фактор, в древние времена именовавшийся «подисподним», и зашёл в этом так далеко, что при случайном или умышленном возбуждении проявляется в человеке путём выполнения диаметрально противоположного акта.

 

Более того, я убедился в существовании у двух из этих одиннадцати лиц явных признаков того самого злого «ничто», которое впервые было отмечено в целокупности человека вавилонскими мудрецами и физико-химиками и названо ими поиснекёр, и которое, согласно объяснению этих мудрецов, имеет способность превращаться при определённых окружающих условиях в источник заразы.

 

Могу сказать, что имею намерение, по окончании работы над своими писаниями, сделать это «ничто» объектом своих исследований и попытаться найти средства для искоренения из жизни людей этого бедствия человечества.

 

Убедившись, что главная причина отсутствия тех факторов, которые могут быть легко умышленно сформированы, находится, главным образом, в отсутствии в процессе воспитания современного поколения специально обученных людей, которые обязательно были в жизни наших предков, именовались «духовными руководителями» и в главную обязанность которых входило содействие, путём непосредственного влияния на внутренний мир детей, формированию в них этих особых и необходимых для общественной жизни психических факторов, я, долго не размышляя, решил, что если бы мне удалось, во-первых, успешно преодолеть посредством своих писаний специфический массовый гипноз, все аспекты которого были уже проанализированы в древние времена, который был назван хелертун и может быть понят, согласно современному пониманию, как «необычное-возбуждение-умов», и, во-вторых, организовать без помех и в соответствующем «масштабе-и-темпе» уже упомянутые клубы нового типа, я непременно ввёл бы идею, что одной из главных функций этих клубов должна быть организация Институтов, целью которых стала бы подготовка «духовных руководителей», которые полностью отвечали бы своему призванию.

 

«Анилин-кайенн» последует из моего твердого решения, потому что оно включает в себя мое предположение, что я, ради возможности реализации моей цели, также намерен учредить мой первый фонд и внести определенную денежную сумму в качестве первого взноса и пояснительного психологического эксперимента. Как уже объяснялось, он мне дорого обошелся, и к тому же с извлечением нулевой прибыли и взысканием этой суммы принудительно путем создания продолжительного морального страдания  для тех, обязанностью которых в одно время было проявление факторов добродетели, вызывая «угрызения совести»  в сущностях тех людей, кто в последствии имел дело с такой добродетелью как заем под залог моего имущества – собственности, заработанной буквально потом лица, − того залога, который был нужен для пользы человечества и я решил сделать это, опираясь на знание и помощь их родственников и друзей. В это число будут входить, конечно, их прошлые и ныне здравствующие наставники, ибо мертвые, которые при жизни не исполняли своих обязательств, добровольно принятых на себя в отношении их преемников, уничтожают себя, как я доказал экспериментально, столь исчерпывающе, что спустя несколько дней, не останется средств ни среди природно-физических, ни среди сверхприродно-магических сил, чтобы установить контакт с любой из их бывших частей.

 

Для возможности осуществления всего этого, я именно сегодня и, как мне кажется, при очень странном стечении обстоятельств, суть которых состоит в том, что я дописывал эти последние строки моего первого обращения за несколько минут до наступления Нового Года (по старому стилю), в тот самый момент, в частности, когда, с течением объективного времени в одном из процессов смены старого года на новый, наиболее благоприятен для прихода справедливой и беспристрастной Судьбы или другого «Святого Аспекта Благословенного Космического Равновесия», чтобы способствовать моему появлению в этом мире,  в этот знаменательный момент в потоке моей жизни я даю себе сущностную клятву – мобилизовать все мои способности и любые возможности, накопленные мною в течение всей прошлой жизни, чтобы найти этих людей и в сотрудничестве с ними реализовать ту главную цель, которую я сам себе установил. Аминь.

 

Теперь, когда я произнес это так часто звучащее на Земле библейское и всезаключающее слово, мне осталось лишь объявить всем, кто так или иначе встречался со мной на почве моих идей до начала моей писательской деятельности, что, после восьмилетнего разрыва отношений со всеми и каждым в отдельности, я снова со всем рвением возобновляю их с сего дня.

 

Конечно, я со всем пылом возобновляю их с теми людьми, чей внутренний мир еще не полностью разрушился и пал под давлением различных представителей Бога Зла.

 

Личная встреча со мной возможна только после предварительного согласования с моими секретарями.

 

Где бы я ни был, мой постоянный адрес остается прежним: Шато де Приере, Фонтенбло, Франция.

 

То место, в частности, где расположилось главное отделение основанного мною одиннадцать лет назад «Института Гармонического Развития Человека», и в котором, как я могу сказать, благодаря тому, что я не упускал его из виду с самого начала моей писательской работы, я нашел  нечто необходимое для выполнении задач нового этапа моей деятельности ради блага ближних, и, в результате чего, благодаря главной цели, которую я поставил перед собой, невзирая на мое физическое состояние после катастрофы, я смог сохранить Шато и все составляющие его и входящие в него части, несмотря на весьма значительные трудности материального и иного характера; и в настоящее время Шато не только невредимо, но и сохранено в том же виде, в каком оно было в день произошедшего со мной несчастья, но, к полному удовлетворению, способно, благодаря множеству новых построек и усовершенствований, может послужить всему, что я могу теперь предпринять.

 

Г. И. ГУРДЖИЕВ

 

 

ЦИРКУЛЯРНОЕ ПИСЬМО

 

адресовано тем, кто когда-либо встречался со мною по причине интереса к моим идеям, с приложением семи регистрационных бланков.

 

Дорогой господин (госпожа),

 

Сегодня, когда я просматривал принесенный от издателя окончательный печатный вариант текста первой книги моих сочинений, которую я назвал «Вестник грядущего добра», мои мысли начали роиться, будто чистокровные пчелы в их тесном, простом улье, взбудораженные разного рода впечатлениями, скопившимися в течение всей моей прошлой жизни; среди них было и воспоминание об определенно ясных последствиях в некоторых случаях, внешние результаты которых походили на те, что, по моему мнению, могут возникнуть в жизнях людей вследствие публикации этой книги.

 

Размышляя об этом, а также и обо всем  другом, связанном с предстоящей публикацией моих сочинений, мне пришло в голову, что, прежде чем позволять этому моему, как можно назвать, «Первенцу на Земле», сделать начальные шаги среди множества знакомых со мной людей, я должен сначала разослать их, вооруженный моим циркулярным письмом, каждому из этих людей – при условии, конечно, если мне удастся отыскать их адреса – всем разбросанным по свету, кто когда-либо связывался со мной на почве моих идей, и кто позже отошел от меня в смысле личного отношения  ко мне как личности; не важно, друзьями они были бы или врагами.

 

Я решился сделать так, потому что мое первое «дитя», − образующее в действительности все же часть очень важного общего результата, являющегося следствием восьмилетней, ежедневной и еженощной, почти непрерывной, сосредоточенной и необычной для современного человека активной работы, − которому недостает, поскольку оно пока еще неубедительно и изолировано,  достаточной силы, чтобы  защититься от разного рода ловушек и неудач.

 

Речь идет прежде всего о защите себя от недавно распространившегося среди нас типа людей, которые, хотя и напоминают нас внешним обликом, в зрелом возрасте стали обладателями природы и наследственности настоящих алчных воронов в результате ненормального воспитания в детстве, а также, конечно же, из-за их дегенеративной наследственности.

 

Посылая моего первенца вместе с просьбой, содержащейся в сопроводительном письме, защищать его от вышеупомянутых «воронов», я заранее желаю в благодарность за исполнение моих требований, не дожидаясь, пока созреет  подходящее для этого время, предупредить всех, кто когда-либо встречался со мной или обсуждал со мной мои идеи, об одном условии, пока не объясненном в данной брошюре и входящего в предложенный мною план по широкому и повсеместному распространению моих сочинений, которые я также намереваюсь опубликовать в ближайшем будущем.

 

Согласно этому условию для приобретения моих сочинений – невзирая на все, сказанное в тексте сопроводительной брошюры относительно категорического решения сделать доступными только книги первой серии сочинений – книги второй серии, как и первую книгу третьей серии, можно также сделать доступными.

 

Суть в том, что все книги второй серии будут немедленно разосланы или распространены, сразу после издания, для всех желающих, независимо от того, были ли они моими последователями давно или лишь недавно стали ими, всем тем, чьи адреса окажутся в семи прилагаемых к этому письму «регистрационных бланках»; заполнение и пересылка этих бланков в соответствующие центры распространения моих сочинений возлагается как обязанность на тех, кто станет распространять или продавать первые три книги первой серии моих сочинений.

 

Сейчас я полагаю, что будет весьма полезным – для моей фундаментальной цели, как и для легкого и точного понимания всего сказанного мною в этом циркулярном письме – если, во-первых, я откровенно признаю объективную истину, на основе которой я с чистой совестью решил применить столь необычный способ для широкого распространения моих сочинений, во-вторых, напомнить всем уважаемым адресатам циркулярного письма об одном очень актуальном и легко вообразимом факте, сыгравшем в последний период моей жизни во время встреч с ними и обсуждений моих идей важную роль.

 

Что касается первого, я напомню заповедь, давно освященную веками ради мирного и счастливого существования сообществ людей, которая выражается следующими словами:

 

«Рука руку моет».

 

Однако, последний упомянутый мною факт возник из того и состоит в том, что если мне - человеку, о чьем здравом смысле, широте понимания, присутствии духа и коммерческих способностях было упомянуто кратко, но исчерпывающе в первой книге второй серии сочинений – в настоящее время недостает средств на публикацию – в расчете на человеческое счастье – почти десятилетнего труда писателя, труда, ставшего результатом полувека добровольного страдания и сознательных трудов для реализации того, что после всестороннего активного рассмотрения было мною определено как необходимость в средствах, чтобы избежать зависимости от капризов профессиональных и непрофессиональных издателей; а также в том, «когда я - ваш прежде скромный слуга» -  имел возможность скопить эти столь необходимые для моей главнейшей цели деньги -  то, что для современников является истоком величайших зол - вместо этого я отдавал все свое время вам. И вы, только благодаря этому, если вы этим не обладаете в основном по причине своей преступной лени, и также, потому что, как  сейчас я признаю, встретившись с вами тогда, я внутренне преследовал совершенно иную цель, которая должна была быть у вас, и которую -  когда я совершенно удовлетворил ваше любопытство, при полной честности с моей стороны, а иногда даже, возможно, и вашу любовь к знанию, - вы приобрели незаметно для себя и ныне содержите в своих индивидуальностях: прежде всего, это необходимое чувство «самооценки», дающее вам возможность чувствовать себя выше среднего человека, и, во-вторых, у вас есть предварительные необходимые данные для вступления, с помощью моих детальных разъяснений и указаний, на путь, ведущий к подлинному Бытию.

 

Думаю, что я имею право требовать от вас большего, а именно: чтобы вы, более или менее знакомые с моим языком и принимаемой моими мыслями формой, а также с моей оригинальной манерой изложения, прежде всего, попытались сами, без всякого свойственного современным людям «философствования», понять различные аксиомы, которые освещаются мной в первых книгах и которые являются, во взаимо-зависимой форме, самой сутью серии моих беспристрастных сочинений, а потом, и посвятить всех себя - на определенный период - оказанию помощи посредством ваших разъяснений в  понимании этих аксиом другими сыновьями Нашего Общего Отца, которые блуждали подобно вам, но кому поэтому недоставало, как вам в вашем внутреннем мире, непоколебимости в отношении объективных истин любой природы.

 

Поскольку я вынужден обратиться с первым циркулярным письмом преимущественно к людям, уже находящимся в прямых отношениях со мной, я бы хотел воспользоваться случаем и в заключение выразить, от имени грядущих поколений и от себя лично, искреннюю благодарность тем людям, находящимся в контакте со мной в течение двадцати лет жизни, упоминаемых в «Вестнике Грядущего Добра», которые многие годы – сами того не зная – служили мне объектами наблюдений и исследований происходящих в них процессов кристаллизации и декристаллизации тех психических факторов, трансформация коих для получения обусловленных проявлений требует сравнительно длительного периода времени.

 

Считаю своим моральным долгом добавить, что эти прошлые наблюдения и исследования с настоящего времени не могут служить основанием того, почему люди, некогда служившие объектами моих исследований, теперь теряют возможность войти совместно с другими на истинный путь и достичь – при помощи моих детальных письменных объяснений – реального Бытия.

 

Для автоматического удаления из общей сущности вышеупомянутых людей психических факторов, способных  препятствовать чистосердечной преданности заново основанной работе по достижению предопределенного Высшего Бытия, которое должно быть родственно человеку, а также для удаления некоторых образовавшихся так называемых «горьких осадков» в отношении ко мне как к личности, я считаю нужным сказать лишь следующее:

 

Поверьте мне, что во время всего периода общения с вами мой внутренний мир никогда не таил в себе ни эгоистических, ни альтруистических импульсов, и в нем существовало только, всегда и во всем, исключительное желание в совершенстве подготовить для «будущего поколения науку об Объективной-Истине-Реальности».

 

Но, все же, знайте, в любом случае, что, во-первых, вся сумма, вырученная от продажи книг первой серии моих сочинений, будет передана в специальный фонд, создаваемый с целью издания и распространения этих сочинений в массах и предоставления возможности тем, кто неспособен их приобрести, и, во-вторых, все детальные ответы на вопросы  - включая всеохватывающую литературу, мною созданную в течение этих лет -  будут даваться лишь  центральным бюро моих публикаций, адрес которого: Шато «Параду», Фонтенбло, Франция.

 

На данный момент первая книга первой серии моих сочинений уже подготовлена и напечатана на русском, французском, английском и немецком разговорных языках; а также закончены переводы на армянский, турецкий, испанский и шведский языки.

 

До настоящего времени книги первой серии  печатались только во Франции; в ближайшем будущем предложено начать печать также в Германии, Америке и Персии.

 

Я установил цену розничной продажи первой книги первой серии моих сочинений – независимо от места продажи – в 200 французских франков.

 

Г. ГУРДЖИЕВ

 

 

ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ

 

Вызванное Событиями Последних дней, Которое Может Иметь Очень Большое Значение для Многих, Знавших Меня.

 

Вторник 7 марта 1933 г., Гранд Кафе, Фонтенбло

 

События экономического, политического и социального характера, имевшие место в последние недели среди людей на всех континентах, окончательно подтвердили мое убеждение, что уже эта маленькая брошюра моих сочинений, возглавляющая список публикаций, получит необычайно широкое и кроме того очень быстрое распространение и, конечно же, попадет вначале в руки тех, кто одиннадцать лет назад в той или иной степени принимали участие в организации во Франции основного отделения общественного института, основанного мной под названием «Институт Гармонического Развития Человека».

 

И в свете того факта, что, вскоре на том же самом месте и почти в тех же условиях, должно произойти очень важное событие, связанное с этой упомянутой выше организацией, я решил сегодня, то есть за несколько часов до появления этой брошюры в печати, когда я набрасывал план предполагаемых новых построек, написать следующее объявление и просить издателя включить это дополнение.

 

Это приближающееся событие, сведения о коем, без сомнений, всколыхнут в чувствах и мыслях всех, принимавших участие в прошлой моей деятельности, различные реакции и ассоциации, будет состоять, во-первых, в том, что 23 апреля настоящего года по старому стилю, то есть в день Святого Георгия Победоносца -  день, считавшийся со времени основания Института, так сказать, «Днем Коронации» -  должна во второй раз за одиннадцать лет произойти торжественная закладка первого камня нового здания, которое уже в начальной своей форме по важности значения считалось и, вероятно, будет и далее считаться сердцем всей моей деятельности ради блага ближнего и, которое известно всем, посещавшим Шато де Приере под именем «Гимназиума» или, как называли его англичане и американцы, «Учебного Дома».

 

В этот раз новое здание, полностью соответствующее своему предназначению, будет располагаться в самом центре большого парка.

 

Новый «Гимназиум» или «Учебный Дом» будет включать, помимо уже существующих театра и лекционного зала, на первом и втором этажах несколько независимых лабораторий, оснащенных согласно всех достижений современной науки, в числе которых будут и три не существовавших до сих пор на Земле, а именно: «Магнетическо-Астральная», «Мысле-ханбледзоинная» и «Ментальноэфирно-крыльная»; наверху будет расположена знаменитая астрономическая обсерватория, снабженная всеми видами устройств, известных на Земле в разные эпохи и предназначенных для отражения и преломления лучей, а также для увеличения видимости посредством медиумических свойств.

 

Здание будет оснащено также и другими изобретениями, давно мною построенными и уже многим известными, хотя все еще не использовавшимися; среди них будут представлены «Сияющая-Клавиатура» и «Ретро-Отражающий-Эхо-Вызывающий-Орган».

 

Во-вторых, с 1 июня этого года будет восстановлена прерванная деятельность организованного некогда Института, хотя восстановлена она будет на других основаниях и даже под совершенно иным названием, но во всей своей полноте, как результат ее осуществления в то время.

 

Будет также восстановлена деятельность с полной интенсивностью, столь необычная для нынешнего времени, прервавшаяся в 1924 г. в результате серьезных травм, полученных мною после автомобильной аварии, и также, в результате моего решения на определенный период полностью посвятить себя писательской деятельности.

 

Я решил в этой первой публикуемой мною брошюре, которую можно также назвать, как говорили в древние времена,  «Хабарши», т.е. «городским глашатаем», потому что она, главным образом, объявляет всем слушающим о приходе на Божью Землю в последовательном порядке уже важных и все-и-вся-освещающих томов, написанных мною,  чтобы провозгласить, что пришло время столь значительного события для фундаментальной цели моей жизни, информация о котором может потребовать определенного времени для распространения среди как можно большего числа людей, кто в прошлом принимал участие в организации и становлении работы Института, мною основанного, и вызвать в упомянутых людях:  в некоторых, чьи действия в тот период основывались на желании добра и счастья не только для себя, но и для ближнего – гордое и радостное удовлетворение; в других же, все проявления и намерения коих, как они сами с большой вероятностью признают с импульсом угрызения совести,  основывались только лишь на чисто-рабском эготизме и преступной лености, вызвать стыд и раскаяние.

 

И пусть мое новое начинание будет в гармонии со всеми тремя воплощенными силами НАШЕГО ОБЩЕГО ОТЦА. Аминь.

 

ОТПЕЧАТАНО ДВАДЦАТЬ ШЕСТОГО АВГУСТА ТЯСЯЧА ДЕВЯТЬСОТ ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЕГО ГОДА АНОНИМНЫМ ОБЩЕСТВОМ ИЗДАТЕЛЬСТВА ЗАПАДА, Д. 40, УЛ. РЮ ДЕ КОРНЕТ, АНЖЕРС (ФРАНЦИЯ)

 

 

Создание сайта - "ВЕБ КРЕАТИФФ"